— Такое ужъ мое плохое счастье, отвѣчалъ Финіасъ.
— И другое конечно придетъ современемъ, отвѣчала Вайолетъ: — и тогда вы получите награду.
Онъ зналъ, что такія слова отъ дѣвушки не значатъ ничего, особенно отъ такой дѣвушки, какъ Вайолетъ Эффингамъ, но все-таки они были очень пріятны для него.
— Разумѣется, вы пріѣдете къ намъ въ Лофлинтеръ, когда закроется парламентъ? сказала ему лэди Лора въ тотъ же день.
— Я право не знаю. Видите, я долженъ съѣздить въ Ирландію насчетъ моихъ выборовъ.
— Какое это имѣетъ отношеніе къ тому? Вы только выдумываете предлоги. Мы поѣдемъ перваго іюня, а выборы не начнутся до половины этого мѣсяца. Не прежде августа лофшэнцы будутъ готовы для васъ.
— Сказать вамъ по правдѣ, лэди Лора, отвѣчалъ Финіасъ: — я сомнѣваюсь, будутъ ли имѣть со мною опять дѣло лофшэнцы, или лучше сказать одинъ лофшэнецъ.
— О комъ это вы говорите?
— О лордѣ Туллѣ. Онъ тогда сердился На своего брата и я этимъ воспользовался. Послѣ того онъ заплатилъ Долги брата въ пятнадцатый разъ, и разумѣется, готовъ опять сражаться за прощеннаго блуднаго сына. Теперь дѣла совсѣмъ не въ такомъ положеніи и отецъ мнѣ пишетъ, что я буду непремѣнно побитъ.
— Это непріятное извѣстіе.