Стало быть, все кончено, игра розыграна и всѣ его побѣды ничего для него не значили. Онъ просидѣлъ съ часъ въ своей великолѣпной комнатѣ, думая объ этомъ. Теперь онъ вовсе не заботился о колоніяхъ. Онъ разстался бы со всѣми колоніями, принадлежащими Великобританіи, чтобы получить руку Вайолетъ Эффингамъ. Теперь — въ эту минуту — онъ говорилъ себѣ съ ругательствами, что онъ никого не любилъ такъ, какъ Вайолетъ Эффингамъ.
Бракъ этотъ по многому былъ бы такъ пріятенъ! Я былъ бы несправедливъ къ моему герою, еслибъ сказалъ, что горесть его происходила болѣе оттого, что онъ лишился богатой наслѣдницы. Онъ никогда не подумалъ бы жениться на Вайолетъ Эффингамъ, еслибъ не полюбилъ ее. Но кромѣ этой любви партія эта во всѣхъ отношеніяхъ казалась выгодна. Еслибъ миссъ Эффингамъ сдѣлалась его женой, и Ло и Бёнсъ тотчасъ бы зажали себѣ ротъ. Монкъ былъ бы въ домѣ его дружескимъ гостемъ и онъ сталъ бы въ родствѣ съ пэрами. Мѣсто въ парламентѣ сдѣлалось бы для него приличнымъ мѣстомъ. Онъ игралъ въ большую игру, но до-сихъ-поръ съ большимъ успѣхомъ — съ такимъ удивительнымъ успѣхомъ, что ему казалось, что ему не доставало только руки Вайолетъ Эффингамъ для полнаго счастья и состоянія Вайолетъ для того, чтобы поддержать его положеніе. И это также казалось въ нему близко. Конечно, его богиня отказала ему, но безъ презрѣнія; даже лэди Лора находила вѣроятнымъ этотъ бракъ. Всѣ почти слышали о дуэли и всѣ улыбались, какъ будто думая, что въ настоящей битвѣ Финіасъ останется побѣдителемъ, что счастливый пистолетъ находился въ его рукахъ. Никому не приходило въ голову предполагать — насколько онъ могъ видѣть — что онъ выходитъ изъ своей сферы, желая жениться на Вайолетъ Эффингамъ. Нѣтъ — онъ положится на свое счастье, будетъ настаивать и успѣетъ. Таково было его намѣреніе въ это. самое утро — и вдругъ это письмо разбило его въ прахъ!
Были минуты, когда онъ увѣрялъ себя, что онъ не вѣритъ этому письму — можетъ быть, Вайолетъ принудили принять предложеніе этого горячаго человѣка посредствомъ горячаго вліянія, или можетъ быть Вайолетъ не дала слова, а Чильтернъ просто это вообразилъ? А еслибъ даже и дала, развѣ женщины не перемѣняютъ своего намѣренія? Слѣдуетъ настаивать до конца. Но даже когда эти мысли толпились въ головѣ его, онъ зналъ — онъ зналъ хорошо — въ эту самую минуту, что спина его была разбита.
Кто-то вошелъ зажечь свѣчи и опустить шторы, и когда онъ посмотрѣлъ на часы, то увидалъ, что уже шестой часъ. Онъ былъ приглашенъ на обѣдъ къ мадамъ Гёслеръ въ восемь часовъ и почти рѣшился послать къ пей извиниться. Мадамъ Максъ разсердится, такъ какъ она особенно заботится о своихъ обѣдахъ — но какое ему теперь дѣло до гнѣва мадамъ Максъ? А между тѣмъ только въ это утро онъ поздравлялъ себя, между прочими успѣхами, съ ея расположеніемъ и внутренне смѣялся надъ своей измѣной къ Вайолетъ Эффингамъ! Онъ взялъ листъ почтовой бумаги и написалъ къ мадамъ Гёслеръ, что извѣстія изъ провинціи дѣлаютъ для него невозможнымъ быть у нея сегодня. Но онъ не послалъ этого письма. Въ половинѣ шестого онъ отворилъ дверь комнаты своего секретаря и нашелъ молодого человѣка спящаго съ сигарой во рту.
— Эй, Чарльзъ! сказалъ онъ.
— Сейчасъ!
Чарльзъ Стэндишъ былъ двоюродный братъ лэди Лоры и служилъ въ департаментѣ прежде чѣмъ Финіасъ вступилъ въ него; онъ былъ большой фаворитъ своей кузины и, сдѣлался секретаремъ Финіаса.
— Я здѣсь, сказалъ Чарльзъ Стэндишъ, вставая и отряхаясь.
— Я ухожу. Завяжите эти бумаги, какъ онѣ лежатъ. Я буду здѣсь завтра рано утромъ, но мнѣ вы не нужны до двѣнадцати. Прощайте, Чарльзъ.
— Та-та! сказалъ секретарь, который любилъ своего начальника, но былъ не очень почтителенъ — исключая экстренныхъ случаевъ.