— У васъ есть деньги.
— Да, есть; много денегъ для потребностей такихъ умѣренныхъ какъ мои.
— И положеніе.
— Ну, да; положеніе не такое какъ ваше, лэди Гленкора. Такое положеніе, если женщина не родится въ немъ, она можетъ получить только отъ мужа. Она не можетъ пріобрѣсти его сама.
— Вы свободны какъ воздухъ, бываете и дѣлаете гдѣ и что хотите.
— Слишкомъ свободна иногда, отвѣчала мадамъ Гёслеръ.
— Что же вы выиграете, перемѣнивъ все это на одинъ титулъ?
— Но на какой титулъ, лэди Гленкора! Можетъ быть, для васъ значитъ очень мало сдѣлаться герцогиней Омніумъ, но подумайте, что это должно быть для меня!
— И для этого вы не колеблясь лишите его всѣхъ его друзей, испортите его будущую жизнь, унизите его между равными ему…
— Унижу его! Кто смѣетъ сказать, что я его унижу? Онъ возвыситъ меня, но я нисколько его не унижу. Вы забываетесь, лэди Гленкора.