— Съ большинствомъ девятнадцати противъ него! вскричалъ Финіасъ.
— Неужели же во всей странѣ только одинъ мистеръ Мильдмэй и есть? А герцогъ, а Грешэмъ, а мистеръ Монкъ?
Финіасъ твердо заучилъ свой урокъ въ клубѣ Реформъ.
— Hе думаю, чтобы герцогъ отважился на подобный подвигъ, замѣтилъ Кеннеди.
— Ничѣмъ не рискнешь, ничего не выиграешь, возразилъ Финіасъ. — Что герцогъ говорятъ неспособенъ, бѣда не важная. Насколько мнѣ извѣстно, тутъ геніальнаго ничего и не требуется. Герцогъ твердо держался своего мнѣнія въ обѣихъ палатахъ; онъ честенъ и популяренъ. Я вполнѣ убѣжденъ, что первый министръ въ настоящее время долженъ быть надѣленъ доброю долею честности и еще большею долею популярности.
— Итакъ вы стоите всецѣло за герцога? спросила лэди Лора съ улыбкою.
— Конечно, ежели насъ оставитъ мистеръ Мильдмэй. А ваше мнѣніе?
— Мнѣ помириться съ этимъ не такъ легко, какъ повидимому вамъ. Я все еще думаю, что мистеръ Мильдмэй составитъ министерство; а пока это имѣется въ виду, мнѣ незачѣмъ пускаться въ разсужденія по поводу того, кто бы могъ быть его преемникомъ.
Тутъ противный мистеръ Кеннеди простился и Финіасъ остался съ лэди Лорою глазъ-на-глазъ.
— Вѣдь это великолѣпно, неправдали? началъ онъ, какъ скоро увидалъ себя на просторѣ дѣйствовать по задуманному плану.