Они теперь стояли на берегу, и хотя до нихъ долетали голоса, они были одни. Финіасу ничего болѣе не оставалось какъ прочесть письмо, состоявшее въ слѣдующемъ:
«Послѣ того, что вы мнѣ сказали, мнѣ невозможно воротиться къ вамъ въ домъ. Я увижусь съ моимъ отцомъ у герцога Омнiума, и я уже просила его дать мнѣ пріютъ. Я желаю остаться у него, гдѣ бы онъ ни находился, въ Лондонѣ или деревнѣ. Если я измѣню мое намѣреніе и переѣду въ другое мѣсто, я непремѣнно дамъ вамъ знать, куда я ѣду и что намѣрена дѣлать. Вы кажется забыли, что я ваша жена, а я не забуду этого никогда.
«Вы меня обвинили въ томъ, что у меня есть любовникъ. Вы не можете ожидать, чтобы я продолжала жить съ вами послѣ такого обвиненія. Я не могу понять, какимъ образомъ мужчина можетъ обвинять въ этомъ свою жену. Еслибъ даже это было справедливо, вы не должны были говорить мнѣ этого въ глаза.
«Что это несправедливо, мнѣ кажется, должно быть извѣстно вамъ столько же, какъ и мнѣ. Какъ я была коротка съ мистеромъ Финномъ и какова была моя короткость съ нимъ, вы знали прежде чѣмъ я вышла sa васъ. Послѣ нашей свадьбы я поощряла его дружбу до-тѣхъ-поръ пока не примѣтила, что вамъ что-то не нравится въ ней, и узнавъ это, я перестала поощрятъ ее. Вы сказали, что онъ мой любовникъ, но вѣроятно вы не очень ясно опредѣлили себѣ значеніе этого слова. Вы считали себя оскорбленнымъ, потому что я о немъ отзывалась съ похвалой — и ревность ваша была уязвлена, потому что вы думали, будто я считаю его въ нѣкоторомъ отношеніи выше васъ. Вы никогда не думали, что онъ мой любовникъ, что онъ мнѣ говорилъ то, чего другіе не могли бы слышать; что онъ требовалъ отъ меня чего-нибудь такого, чего чужая жена не могла бы ему дать; что онъ получилъ бы что-нибудь такое, чего другъ не долженъ былъ бы получить. Это было малодушное обвиненіе.
Я поѣду къ моему отцу сегодня, а завтра прошу васъ отдать моей горничной мои собственныя вещи — то-есть платья, письменную шкатулку и книги. Она будетъ знать, что мнѣ нужно. Надѣюсь, что вы будете счастливѣе безъ жени. Я чувствовала ежедневно послѣ нашей свадьбы, что вы принадлежите къ числу такихъ людей, которые были бы гораздо счастливѣе, не имѣя жены.
«Преданная вамъ
«ЛОРА КЕННЕДИ.»
— Это по-крайней-мѣрѣ справедливо, сказала она, когда Финіасъ прочелъ письмо.
— Разумѣется, справедливо, отвѣчалъ Финiасъ: — кремѣ того, мнѣ кажется, что онъ никогда не сердился на меня я не завидовалъ тому, что мои дѣла идутъ хорошо. Это кажется нелѣпо.
— Для нѣкоторыхъ людей ничего нѣтъ нелѣпаго. Я помню, какъ вы говорили мнѣ, что онъ слабъ, жалокъ, ничтоженъ. Я помню, вы говорили мнѣ это прежде чѣмъ мнѣ пришло въ голову, что онъ можетъ сдѣлаться моимъ мужемъ. Я жалѣю, зачѣмъ я не повѣрила, когда вы говорили мнѣ это. Я не погубила бы себя. Вотъ все, что я хотѣла вамъ сказать. Послѣ того, что случилось между нами, мнѣ не хотѣлось, чтобы вы услыхали, какъ я разошлась съ мужемъ, отъ кого нибудь другого, а не отъ меня. Теперь я пойду отыскивать папа; не ходите со мною. Я предпочитаю быть одна.