— Так я ничего не смыслю в том, что прилично молодой девушке, — продолжала маркиза. — А разве Гэмпстед не знается со всякими плебеями?
— Нет, нисколько.
— Разве этот Джордж Роден не плебей? Знается ваш сын с молодыми людьми или молодыми девушками своего общества?
— А между тем вы сердитесь на него за то, что он бывает в замке Готбой! Хотя, без всякого сомнения, он может встретить там людей, которых нельзя принимать.
— Это неправда, — сказала маркиза. — Зять мой принимает лучшее общество целой Европы.
— Так было, когда мой сын и моя дочь находились под его кровлей.
— Гэмпстед не член ни в одном из лондонских клубов, — ввернула мачеха.
— Тем лучше, — сказал отец, — насколько я имею понятие о клубах… Готбой на днях проиграл тысячу четыреста фунтов в «Пандемониуме»; и откуда взялись деньги, которые спасли его от исключения?
— Это очень старая история, — сказала маркиза, которая знала, что муж ее и Гэмпстед сложились, чтобы спасти юношу от позора.
— А между тем, вы ставите мне в упрек, что Гэмпстед не член никакого клуба! Нет клуба в Лондоне, в который он не мог бы попасть завтра, если б только записался.