Но отделаться от Крокера было невозможно. Лошадь его была так же исправна к концу дня как и в начале, и шла знатной рысью. Проехав с четверть мили, Гэмпстед признался самому себе, что не в его власти отделаться от своего врага.
— Хочется мне сказать вам кое-что, милорд. — Крокер пробормотал это довольно жалобно, так что Гэмпстед смягчился.
Он придержал лошадь и приготовился слушать.
— Надеюсь, что я ничем не оскорбил вас. Могу вас уверить, милорд, что сделал это без всякого намерения. Я питаю к вам такое уважение, что ни за что на свете не сделал бы этого.
Что осталось делать Гэмпстеду? Он был оскорблен. Он имел намерение показать, кто оскорблен. А между тем ему не хотелось откровенно в этом сознаться. Целью его было заставить Крокера замолчать, и сделать это, если возможно, без всякого намека на занимавший его вопрос. Если он заявит теперь, что оскорблен, ему трудно было бы не намекнуть, хоть косвенно, на сестру. Но он решил, что не позволит себе никаких подобных намеков. Теперь когда Крокер обратился к нему, как бы прося прощения за какую-то провинность, которой сам не осознавал, невозможно было не ответить ему.
— Ладно, — сказал он, — я уверен, что вы не хотели сказать ничего особенного. Оставим это.
— О, конечно; очень вам благодарен, милорд. Но я не совсем понимаю, что следует оставить. Так как я так короток с Роденом, сижу с ним за одним столом каждый Божий день, мне казалось естественным за говорить о нем с вами, милорд.
Это было справедливо. Так как Крокер, такой же клерк, как Роден, явился в замок Готбой в качестве гостя, очень естественно, что он заговорил о своем товарище по службе, с человеком, который, как всем было известно, был другом этого товарища. Гэмпстед не совсем верил в близость, в которой его уверяли, так как слышал от Родена, что он пока ни с кем особенно не сошелся в почтамте. Он также инстинктивно чувствовал, что такой человек как Роден не должен быть дружен с таким господином как Крокер. Но в этом не заключалось никакого оскорбления.
— Оно и было естественно, — сказал он.
— Мне было очень прискорбно, когда я из ваших слов заключил, что произошла какая-то ссора.