-- Бреши больше... Чортъ!-- огрызнулся Антипъ.
-- Петрачка-то еще нашего нѣтъ,-- невозмутимо продолжалъ Игнатъ.-- Онъ, сказываютъ, тамъ насчетъ свадьбишки ютится: дѣвку какую-то сватаетъ. Ну, а Пелагея-то наша на вдовьемъ положеніи сейчасъ... "Бородка это вчера и прицѣпись къ ней... Богъ ихъ тамъ знаетъ; видѣть -- не видѣлъ; а только дѣло не чисто... Пришли на работу -- всѣ видимъ: скучаетъ... А тутъ -- и она, прахъ ее побери, пришла на дружка глазкомъ глянуть (вотъ -- только, какъ вамъ пріѣхать...). Затѣила: щепу собирать, будто... Ну, а онъ-то, извѣстно, манится: нѣтъ, нѣтъ, и глянетъ... Разъ -- на топоръ, разъ -- на бабу. Ну, и вышла промашка. Хоть бы на васъ доведись... Бабы эти, знаете? Святые, скажемъ, угодники (не "бородкѣ" чета!), и тѣ, сказываютъ, часомъ, примахивали... Стало, тоже -- на эту ножку хромали! А съ нашей "бородки" и искать нечего: падокъ на эти дѣла, старичокъ, Христосъ съ нимъ...
Артель надрывалась отъ смѣха...
-- А что, Антипъ, можетъ быть и правда -- грѣхъ вышелъ?
-- Нѣ... Вотъ пуще: невидаль! Нашли кому вѣрить... Съ утра самаго,-- добродушно усмѣхнулся онъ:-- присталъ, и присталъ съ этимъ, чортъ!
Игнатъ въ это время, стараясь достать какой-то инструментъ, сдѣлалъ неосторожное движеніе -- и едва не сорвался съ подмостокъ...
-- Во-во!-- не утерпѣлъ и укололъ Антипъ:-- грѣхъ, видно, путаетъ.
Летать, что ли, учишься?
-- Летать-то, я милый человѣкъ, давишь умѣю -- садиться наземь не выучился. Вотъ въ чемъ причина...-- спокойно парировалъ Игнатъ, продолжая работать...
Балагуръ-парень за словомъ въ карманъ не лазилъ.