Я закрылъ глаза,-- и блаженное состояніе покоя и счастья вдругъ охватило меня... Я потянулся,-- взялъ ручку Зины, молча, сталъ цѣловать эту милую ручку... ручка ласково сжимала мнѣ ротъ, шаловливо трогала усы, бороду и подставляла мнѣ для поцѣлуевъ нѣжную, ароматную ладонку.
-- Вамъ лучше, дорогой мой? Вы не ушиблись, падая?
-- Нѣтъ. И мнѣ, хорошо такъ... Смотрите,-- указалъ я на небо,-- какъ безмятежно и тихо плывутъ облака... Я съ утра все любуюсь на нихъ и бесѣдую съ ними...
-- О чемъ же?-- тихо спросила Зина.
-- О томъ, что они потому и спокойны и такъ безмятежны, что -- "счастія не ищутъ и не отъ счастія бѣгутъ"...
Ласкающая меня ручка дрогнула... Зина гибко склонилась ко мнѣ, поцѣловала и нѣжно спросила:
-- Вамъ хорошо такъ? удобно?
-- О, да! Все бы лежалъ и лежалъ такъ...
-- Вы и лежите. Кто же мѣшаетъ вамъ, милый?
-- Нѣтъ!-- быстро вскочилъ я.-- Это значило бы злоупотреблять вашей любезностью... Простите мнѣ мою нервность, Зинаида Аркадьевна!