-- Хорошо, хорошо...-- сказалъ онъ.-- Все будетъ сдѣлано. Главное же -- успокойся (неожиданно перешелъ онъ на ты),-- и не отвлекайся. Тебѣ надо будетъ стрѣляться серьезно. Старайся съ перваго выстрѣла свалить молодца... Онъ сантиментальничать не будетъ. А, стало быть, надо и ему отвѣтить тѣмъ же...
-- Постой, Аркадій!-- взялъ я его за руку.-- Ты вотъ -- говоришь мнѣ "ты"...
-- Ну, и -- что же?-- ласково усмѣхнулся онъ.
-- Но, развѣ, между нами нѣтъ тѣни?-- неувѣренно спросилъ я.
-- Ты разумѣешь -- тѣнь Плющикъ?
-- Да.
-- Нѣтъ, дорогой мой! У меня это прошло. Да и не прошло бы -- мы бы стрѣляться не стали... "Свободны мы въ любви и охлажденьи"... Я знаю: Она тяготѣетъ къ тебѣ. И ты -- тоже... И, знаешь (я въ этомъ увѣренъ), у -- васъ съ нею будетъ и большая близость... Въ серьезность... виноватъ! въ прочность связи съ Зинаидой Аркадьевной я плохо вѣрю. Она не выдержитъ,-- и вы разойдетесь. Ее замѣститъ Плющикъ. И съ нею, и съ своей милой женой, ты, Валентинъ, будешь счастливъ...
Я, молча, пожалъ ему руку...
-----
Насъ уже ждали.