-- Рана серьезная. Навылетъ... Но, по счастливой случайности, ни крупные сосуды, ни кости не тронуты. Здѣсь (видите?) -- между реберъ; а тамъ -- ниже лопатки...
Я хотѣлъ что-то сказать, и -- закашлялся... кровью...
-- Ничего, ничего! Это -- всегда такъ. Это -- задѣто легкое...
А Линицкій все еще обжималъ шею лошади...
И опять все ушло... И только личико Луши смѣeтся, сквозь слезы... И это было красиво и трогательно. И зачѣмъ вотъ только -- мѣшаютъ, несутъ, и не даютъ мнѣ откашляться? Кричатъ даже:--
-- Ну-да! Уѣзжайте... И Костычова сюда! Не въ усадьбу, а--прямо сюда... И скорѣй!..
А вотъ -- и коляска рокочетъ колесами...
...А! это -- "фантастическая четверня вороныхъ"... она меня увозитъ куда-то...И я не могу только вспомнить -- куда... Я это зналъ но забылъ.
Меня поведетъ туда Луша... И кто-то обнимаетъ и держитъ меня, прижимая къ себѣ. Душистая бородка щекочетъ лицо мнѣ... Это -- Сагинъ. Это -- хорошо и удобно, и пахнетъ пріятно. Но только все же -- это -- не то! Надо такъ, чтобъ смѣяться сквозь слезы... Это -- очень красиво!..
-----