-- Простите, господа,-- оглянула себя Плющикъ:-- я сейчасъ такая замарашка съ дороги, что... Вы мнѣ позволите, Зина, привести себя немножко въ порядокъ?
-- Ну, конечно, Елена! Идемте...
И онѣ упорхнули изъ комнаты.
-- Какая обаятельная личность, эта Плющикъ!-- сказалъ Костыковъ.-- -Вы, какъ,-- давно уже съ нею знакомы?
-- Съ Петербурга еще...
-- Чарующая личность! И я такъ радъ, что она теперь здѣсь... Лишній хорошій человѣкъ для насъ здѣсь -- находка! И Зина такъ рада...
Я только вздохнулъ.
Мнѣ было жаль эту милую дѣвушку. Бѣдная,-- она ничего не подозрѣвала, и всячески была далека отъ мысли, что она -- гость не ко двору, и что ея пріѣздъ -- цѣлая драма... Она радостно тянулась навстрѣчу къ милымъ ей людямъ, и только одинъ Костычовъ вотъ былъ искренно радъ ей. Ля... я не сумѣлъ бы отвѣтить, что за чувства кишѣли во мнѣ, и отчего такъ мучительно замирало у меня сейчасъ сердце...
...Главное,-- настойчиво убѣждалъ я себя:-- это -- не лгать и продолжать быть естественнымъ. Все-равно, вѣдь, Зина все знаетъ; и, стало быть, все сводится къ такту... А я никогда не умѣлъ быть тактичнымъ. Это добродѣтель и принципъ свѣтскихъ людей. Зачѣмъ мнѣ все это? Я въ этой двуличной и лживой бронѣ никогда не нуждался...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .