...Зачѣмъ это онъ пробриваетъ куски бороды около ушей "какой у него странный жилетъ! "почему онъ такъ ходитъ?-- размышлялъ я, разсѣянно отвѣчая на разспросы доктора.
-- Ну, какъ вы себя чувствуете?
-- Боленъ вотъ. Простудился.
-- Позвольте,-- сказалъ онъ беря меня за руку и вынимая часы.-- Посмотримъ, какъ пульсъ у васъ... (Пауза).-- Да...-- протянулъ онъ.-- Теперь мнѣ надо ослушать васъ. Нѣтъ, нѣтъ! вы не вставайте. Вотъ такъ...-- завозился онъ съ стетоскопомъ.-- Вздохните. Еще...
Я дѣлалъ все, что онъ говорилъ мнѣ, и, не отрываясь, въ упоръ, смотрѣлъ на него.
...Чудакъ! Худой, длинный... Совсѣмъ Донъ-Кихотъ. Только вотъ флегматиченъ онъ больно. Тотъ -- весь порывъ и подвигъ; а этотъ -- когда повернется, когда скажетъ... Онъ, поди, и на Россинанта не взлѣзетъ! Гдѣ жъ ему драться съ вѣтряной мельницей! Тамъ и сноровка нужна, и энтузіазмъ, и натискъ... Положимъ, онъ можетъ копье замѣнить стетоскопомъ (бываетъ и этакъ!). И будь я художникъ, я нарисовалъ бы его съ часами въ рукахъ въ ту минуту, когда онъ пытается пощупать пульсъ у вѣтряной мельницы... Санчо-Пансо (въ качествѣ фельдшера) пытается вразумить его... Нѣтъ! онъ ловитъ нужный моментъ -- и... увѣренно беретъ за крыло:-- "Позвольте"... Грубый взмахъ паціента -- и... (какъ это всегда и бываетъ) "иллюзіи гибнутъ -- факты остаются"! То-есть -- Санчо правъ... Бѣдный рыцарь! Благородный энтузіазмъ его часто бываетъ повергнутъ къ ослинымъ копытамъ здраваго смысла...
-- У васъ инфлюенца,-- говоритъ мнѣ докторъ, посмотрѣвъ на свѣтъ градусникъ.
-- Да? И долго буду лежать я?
-- Какъ вамъ сказать... Недѣльки съ двѣ. Возможно, что и дольше. Все зависитъ отъ индивидуальности. Сказать впередъ -- рисковано. Тѣмъ болѣе, что у васъ естественный ходъ болѣзни осложняется невральгическими болями. А главное: я плохо знаю вашъ организмъ, и въ моемъ распоряженіи -- одни общія мѣста и вѣроятности...-- невозмутимо тянулъ докторъ.
Написавъ два-три рецепта и объяснивъ Сашѣ, что и какъ дѣлать, онъ заторопился ѣхать...