Темно было. Извозчикъ былъ занятъ скакавшею тройкой. Я отыскалъ наконецъ теплыя губки Елены и -- жадно припалъ къ нимъ...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
CLXX.
-- Ну, вотъ мы и пріѣхали!-- говорила Елена, быстро взбѣгая по ступенямъ крыльца и, не раздѣваясь и не снимая калошъ, уходя изъ передней...
Я снялъ пальто и пошелъ вслѣдъ за нею. Въ столовой приготовленъ былъ чай -- и лиловатое пламя спирта дрожало на ярко сверкающей скатерти, залитой свѣтомъ висящей надъ столомъ лампы, отѣненной зеленымъ, драпирующимъ ее, абажуромъ. На столѣ были красиво разставлены -- сыръ, масло, икра, бѣлый хлѣбъ, сухари и коробка конфетъ.
Шагая по комнатѣ, я вернулся въ пріемную -- и... удивленно остановился передъ пустымъ угломъ, гдѣ стояла картина графа де-Куртена: картины не было, и -- вмѣсто нея -- стояла пальма...
Въ дверяхъ (все еще не раздѣваясь) появилась Елена.
-- А гдѣ же картина?-- спросилъ я.
-- Она переселилась сюда... Иди!
Я пошелъ вслѣдъ за ней. Изъ столовой другая узкая дверь (я раньше ее не замѣтилъ) вела въ сосѣднюю комнату. Я вошелъ и это была небольшая, уютная комната. Въ углу стояла никелированная красивая кровать, у обитой ковромъ стѣны; у окна -- письменный столъ; въ углу на мольбертѣ -- картина графа. Слѣва, къ стѣнѣ, стоялъ умывальникъ; а въ ногахъ кровати -- на двухъ стульяхъ -- лежалъ мой чемоданъ.