Скучный сегодня выдался день: вѣтрено, облачно...
Я заглянулъ въ садъ,-- тамъ цѣлый шквалъ... Деревья, кусты, все наклонено въ одну сторону. Листья -- это вчерашнее золото,-- нынче, ржавые, грязные, неряшливо сорятъ собой садъ, шуршатъ подъ ногами и надоѣдливо мелькаютъ въ глазахъ, крутясь и улетая за вѣтромъ. Вода рѣки стала свинцовой и словно кипитъ подъ напорами вѣтра, Посмотришь на эту мутную, сѣрую рябь -- и холодъ озноба скользнетъ по спинѣ и плечамъ...
Нѣтъ, лучше быть дома. Лучше уйти отъ этой сѣрой, холодной дѣйствительности и волшебствомъ словъ, какъ на коврѣ-самолетѣ, унестись въ далекую, согрѣтую красотой и солнцемъ Элладу -- туда, гдѣ вставала "изъ мрака младая съ перстами пурпурными Эосъ"...
Я такъ и сдѣлалъ, т.-е.-- засѣлъ за Гомера.
Я читалъ эту музыку словъ; а Саша,-- т.-е. сама Эосъ,-- нѣтъ-нѣтъ, и войдетъ ко мнѣ въ комнату и -- то возьметъ зачѣмъ-то газету, сказавъ свое милое: "можно?", то -- принесетъ папиросъ мнѣ, то -- спроситъ:
-- Не затопить ли каминъ вамъ?
-- А что?
-- Холодно.
-- Нѣтъ; съ вами тепло...
Она усмѣхнется милой, румяной усмѣшкой, и, молча, уйдетъ, и унесетъ съ собою тепло, и мнѣ станетъ вдругъ. холодно, я ужъ жалѣю -- зачѣмъ не сказалъ затопить...