-- Получай, мерзавецъ! Деньги ничего не стоятъ: но ты меня заставилъ истратить на сто тысячъ экю терпѣнія. Ступай, убирайся отсюда навсегда, и гляди, чтобъ я о тебѣ больше никогда не слышалъ!
Романъе гордо поблагодарилъ, выпилъ въ людской бутылочку, двѣ рюмочки съ Сэнже и пошелъ, пошатываясь, на свою прежнюю квартиру.
V.
Величіе и упадокъ.
Г. Л'Амберъ вновь появился въ свѣтѣ съ успѣхомъ, даже можно сказать со славой. Его секунданты воздали ему полную справедливость, разсказывая, что онъ дрался какъ левъ. Старые нотаріусы помолодѣли, слыша о его храбрости.
-- Гы, гм! вотъ мы каковы, когда насъ доведутъ до крайности; ставъ нотаріусомъ, все же остаешься человѣкомъ. Метру Л'Амберу не посчастливилось на дуэли; но такое паденіе прекрасно; это своего рода Ватерло. Чтобъ ни говорили, а въ насъ еще видна волчья порода.
Такъ говорили досточтимый метръ Клопино, и достойный метръ Лабрикъ, и елейный метръ Бонту, и всѣ Несторы нотаріата. Молодые метры говорили почти тоже, но съ нѣкоторыми разнорѣчіями, внушенными завистью:
-- Мы, конечно, не отказываемся отъ метра Л'Амбера: онъ безъ сомнѣнія дѣлаетъ намъ честь, хотя нѣсколько насъ и компрометтируетъ; всякій изъ насъ выказалъ бы столько же храбрости, но быть можетъ, меньше неловкости. Членъ судебнаго вѣдомства не можетъ, конечно, дозволитъ наступить себѣ на ногу, но еще вопросъ: долженъ ли онъ позволять себѣ наносить оскорбленіе.-- На дуэль можно выходить только по причинамъ, которыхъ нечего скрывать. Еслибъ я былъ отцомъ семейства, то охотнѣе бы поручилъ свои дѣла человѣку благоразумному, чѣмъ искателю приключеній и т. д., и т. д.
Но женщины, чье мнѣніе -- законъ, высказались за партенэйскаго героя. Быть можетъ ихъ мнѣніе не было бы столь единодушно, еслибъ огласился эпизодъ съ кошкой; быть можетъ, прекрасный, но несправедливый полъ обвинилъ бы даже г. Л'Амбера, еслибъ онъ дозволилъ себѣ появиться въ свѣтъ безъ носа. Но всѣ свидѣтели были скромны на счетъ этого смѣшного приключенія; но г. Л'Амберъ не только не потерялъ отъ перемѣны, а казалось даже выигралъ. Нѣкоторая баронесса замѣтила, что у него выраженіе стало пріятнѣе съ тѣхъ поръ, какъ онъ ходитъ съ прямымъ носомъ. Старая канониса, погруженная въ злословіе, спросила у князя Б. не намѣренъ ли онъ поссориться съ туркой? Орлиный носъ князя Б. пользовался гиперболической извѣстностью.
Быть можетъ спросятъ, какимъ образомъ настоящихъ свѣтскихъ дамъ могло интересовать то, что мужчина подвергался опасности вовсе не ради ихъ? Свычаи метра Л'Амбера были извѣстны, а равно знали, какую часть своего времени и сердца онъ посвѣщаетъ оперѣ. Но свѣтъ легко прощаетъ такія развлеченія мужчинамъ, если они отдаются имъ не вполнѣ. Онъ дѣлится съ другими и довольствуется малымъ. Г. Л'Амберу были благодарны за то, онъ что былъ только на половину погибшимъ человѣкомъ, между тѣмъ какъ множество мужчинъ его лѣтъ погибли окончательно. Онъ не пренебрегалъ порядочными домами, онъ бесѣдовалъ со вдовицами, танцовалъ съ молодыми дѣвушками и при случаѣ недурно игралъ на фортепьяно; онъ не говорилъ о модныхъ лошадяхъ. Эти достоинства, столь рѣдкія у молодыхъ милліонеровъ, снискали ему благосклонность дамъ. Говорятъ даже, что не одна считала дѣломъ благочестія отвлечъ его отъ танцовальнаго фойе. Молоденькая ханжа, г-жа де-Л., доказывала ему въ теченіе трехъ мѣсяцевъ, что самыя живыя впечатлѣнія вовсе не въ соблазнѣ и не въ разсѣянной жизни.