-- Шутки въ сторону, я говорю съ вами не какъ зять, а какъ хозяинъ.
-- Слуга покорный!
-- Какъ зять, я долженъ благодарить, что вы отдали мнѣ вашу дочь, а не продали, поэтому я не имѣю права предлагать вамъ денегъ; какъ хозяинъ...
-- О, ты хорошій малый. Въ Алжирѣ лишь практикуется обычай, что отцы получаютъ отъ жениха большой выкупъ за невѣсту.
-- Слушайте меня. Вы также, какъ г. Куртуа, г. Нино и многіе другіе служащіе при нашемъ торговомъ домѣ, будете получать пожизненную пенсію въ тысячу экю.
-- Тысячу экю! Мнѣ тысячу экю! Ты шу...., вы шутите, я думаю?
-- Хозяинъ фабрики Курси никогда не шутитъ.
-- Тотъ, правда, никогда. Но вы, но ты? Могъ ли я когда-нибудь ожидать это? Вѣдь, у насъ съ тысячью экю дохода просто богачомъ будешь считаться. Я заведу барки, открою ловлю анчоусовъ, я пришлю тебѣ икры, своего вина, чернаго, густаго. Зимой ты будешь есть дыни неимовѣрныхъ размѣровъ. Пойдемъ къ моей старухѣ, сообщимъ ей эту новость.
Это обстоятельство значительно облегчило разставаніе. Барбара утѣшала себя, думая, что, благодаря намъ, они не будутъ терпѣть лишеній и нужды.
Я устраивалъ своихъ родныхъ. Дядѣ Огюсту далъ взаймы небольшую сумму, чтобъ онъ могъ начать какое-нибудь самостоятельное дѣло. Викторъ, сынъ тетки Розаліи, жилъ уже у меня; я взялъ также другаго его брата; эти два мальчика обѣщались откладывать изъ жалованья деньги, чтобы купить отцу маленькій домикъ. Мнѣ оставалось только удержать при себѣ бабушку, но она привыкла къ своему дому и упрямо отказала, говоря, что хочетъ умереть тамъ же, гдѣ воспитала всѣхъ дѣтей и закрыла глаза умершему мужу. Я только выпросилъ у нея позволеніе нѣсколько улучшить ея обстановку и еще нанялъ для ухода за ней внучку Катерины.