— Ты хочешь сказать, хитрец, что строить-то будешь, а от геологии не отказываешься? Чем она тебя так привлекает?
— Это очень... очень интересно! — У Володи разгорелись глаза. — Мы будем с Никитой Евсеевичем строить новые снаряды, еще более мощные. Будем строить с тобой, Михаил, новые подземные станции — и в Сибири, и на Дальнем Востоке, и в Арктике. Никита Евсеевич! А можно построить такой снаряд, чтобы насквозь всю землю, весь земной шар пройти?
Володя раскраснелся и, не обращая внимания на дружный смех Брускова и Малевской, устремил глаза на Мареева.
— Теоретически это, пожалуй, возможно, Володя, — улыбнулся Мареев, — но какая в этом надобность?
— Сообщение с Америкой устроить! — воскликнул в восторге Володя. — Добывать разные металлы! Строить самые мощные электростанции! Исследовать самые большие глубины!
— Володька, пощади! — взмолился Брусков. — Придержи свою фантазию. Она заведет тебя туда, откуда и вернуться нельзя!
— Почему — фантазия? Разве это невозможно? У нас в СССР нет ничего невозможного! Если у нас сумели построить такой снаряд, то смогут построить еще больше, еще лучше, еще крепче! Правда, Никита Евсеевич?
Мареев серьезно кивнул ему в ответ:
— Правда, Володя! Если понадобится — построим и больше, и лучше, и крепче. Если нужно будет — спустимся еще глубже. Если не сегодня, так завтра...
— Ну, раз ты такой боевой пассажир, — присоединился Брусков, — давай графин. Я провозглашаю тост за молодое поколение, за нашу смену!