«Если в камере не только газы, — подумал он, — но и такая страшная жара, то место проникновения раскаленных газов должно быть особенно горячим...»
И он стал двигаться навстречу Брускову, вдоль стен камеры, водя по ним рукой. Брусков одобрительно кивнул ему при встрече: он понял его мысль. Внезапно Володя с криком отдернул руку от стены.
— Здесь!.. Здесь!.. — кричал он, корчась от боли и зажимая подмышкой сильно обожженную ладонь.
Брусков бросился к нему.
— Вот тут, вот... вот... — указывал Володя здоровой рукой.
Брусков через лупу рассмотрел в металлической стене на высоте около метра едва заметную, тонкую извилистую трещину. Приблизив к ней ухо, он услышал тихое шипение.
— Живо наверх! — крикнул он Володе, и оба помчались по лестнице в шаровую каюту. Сирена сигнализатора здесь уже замолчала. — Долой маску!
Он снял с себя маску, Володя последовал его примеру.
— Как чувствует себя Нина? — опять спросил Брусков, торопливо направляясь к верхней лестнице.
— Она была без сознания... Я так боюсь за нее... так боюсь...