— Сколько времени он был без сознания? — послышался с экрана его голос среди однообразно-певучего гудения всех моторов снаряда.
— Ровно восемьдесят часов, профессор, — ответил Мареев.
— Его спасла рана... — задумчиво проговорил профессор. — Положите его.
Брусков тихо стонал.
Знаменитому хирургу, поднятому глубокой ночью с постели, пришлось долго простоять у экрана телевизора, пока Мареев и Малевская под его руководством приводили больного в сознание.
— Как понять ваш парадокс, профессор? — спросил Мареев, осторожно, с помощью Малевской, опуская раненого в гамак.
— В момент ранения, — объяснил хирург, — обильно хлынувшая кровь мгновенно залила края разорванного шлема, а измельченная и раскаленная масса земли тут же запекла кровь. Образовался прекрасный стерильный пластырь, который моментально закупорил скафандр и одновременно прекратил кровоизлияние. Если бы не кровь, разорванный шлем остался бы открытым. Скафандр наполнился бы вредными, раскаленными газами, и больной погиб бы... Но все-таки немного газов проникло в его легкие... Да... Он счастливо отделался... Положение, конечно, тяжелое, но не опасное... Сердце у него великолепное, легкие чуть затронуты, а ожог и рана будут быстро ликвидированы ультрафиолетовыми лучами. Как ему удалось выбраться?
— Его спас пионер Владимир Колесников, — звенящим от гордости голосом сказала Малевская.
Волнуясь и торопясь, Малевская рассказала профессору об удивительном мужестве Володи во время ужасной катастрофы при ремонте фидера. Профессор не мог притти в себя от изумления. На экране мелькали взволнованные лица членов Правительственного комитета, Цейтлина, Андрея Ивановича. Потрясенные, слушали они рассказ Малевской.
— Теперь три часа ночи, — вмешался Цейтлин, показывая рядом с лицом профессора свои большие очки и толстые губы. — Я должен немедленно сообщить все подробности редакциям газет... Ты себе представить не можешь, Никита, в каком волнении находилась вся страна эти несколько суток, — сначала из-за остановки снаряда, а потом из-за этого несчастья! Я бегу к телефону... А как себя чувствует Володя?