-- Ну, такъ что жъ,-- сказала она спокойно,-- милости просимъ.
-- Скорѣй иди, иди; одѣнься, Соню позови.
Иванъ Ивановичъ бѣгалъ и суетился; онъ схватилъ какое-то полотенце и сталъ тереть имъ изо всей мочи спинку стула, попавшагося ему подъ руку, но Марья Кузьминишна вырвала у него полотенце.
-- Оставь,-- сказала она съ досадой:-- личнымъ полотенцемъ стульевъ не обтираютъ. Оставь, говорятъ тебѣ, не твое дѣло, безъ тебя все справятъ, лучше поди умойся,-- весь перепачкался, какъ трубочистъ.
Иванъ Ивановичъ былъ, дѣйствительно, весь въ пыли и въ поту, и въ такомъ волненіи, какъ будто ждалъ къ себѣ въ гости владѣтельнаго принца. Но для него Степанъ Кудесниковъ и въ самомъ дѣлѣ явился сказочнымъ принцемъ, магомъ и волшебникомъ, воскресившимъ его къ жизни однимъ прикосновеніемъ волшебнаго жезла.
Марья Кузьминишна приняла съ достоинствомъ гостя, да и гость не ударилъ лицомъ въ грязь.
-- Много наслышанъ, сударыня, о вашихъ добродѣтеляхъ;-- сказалъ онъ, входя въ комнату и почтительно кланяясь хозяйкѣ;-- пожелалъ лично представиться.
-- Милости просимъ, благодаримъ за честь,-- отвѣчала хозяйка, усаживая его на единственный диванчикъ въ комнатѣ, изображавшій собою гостинную. Иванъ Ивановичъ остался стоять и такъ оторопѣлъ, что даже забылъ представить гостя женѣ; но онъ самъ это сдѣлалъ.
-- Степанъ Ивановичъ Кудесниковъ,-- сказалъ онъ,-- въ Москвѣ торгуемъ.
-- Знаю, батюшка: мнѣ мужъ разсказывалъ. Благодарить васъ мы должны.