-- Какой хорошій человѣкъ,-- сказала Марья Кузьминишна, когда дверь за нимъ затворилась.
-- Экая краля,-- проговорилъ купецъ Кудесниковъ, садясь въ карету.
Вблизи, Софья понравилась ему еще больше, и онъ рѣшилъ добыть ее во что бы то ни стало.
На другой день посыльный принесъ дѣтямъ Брызгаловыхъ цѣлую корзинку съ игрушками и сластями, а старшей барышнѣ, Софьѣ Ивановнѣ, при довольно безграмотной запискѣ, такую великолѣпную бонбоньерку съ конфектами, что всѣ ахнули, развернувъ ее изъ бумаги. Въ этотъ же день Иванъ Ивановичъ не вернулся домой обѣдать, а пришелъ вечеромъ, немного выпивши, и началъ разсказывать, какъ Степанъ Ивановичъ увезъ его въ своей каретѣ обѣдать во французскій ресторанъ, какими кушаньями его тамъ кормили и какими винами поили.
Черезъ два дня, самъ Кудесниковъ пріѣхалъ опять на Петербургскую сторону и, подойдя къ ручкѣ Софьи Ивановны, приподнесъ ей билетъ на ложу въ театръ, въ бельэтажъ.
Софья вспыхнула и не знала: принять ей ложу или нѣтъ? Но мать, боясь обидѣть патрона, шепнула, чтобы она приняла и поблагодарила за вниманіе. Съ тѣхъ поръ аттака повелась правильная: визиты и подарки стали все учащаться и рости въ цѣнѣ: наконецъ Кудесниковъ прислалъ Софьѣ браслетъ, унизанный брилліантами, такой цѣни, что подарокъ этотъ произвелъ полный переполохъ въ семьѣ Брызгаловыхъ. Оказалось, что онъ слишкомъ поторопился. Марья Кузьминишна не на шутку встревожилась и не знала, что думать, а Соня оскорбилась подаркомъ и требовала, чтобы браслетъ немедленно отослали назадъ. Иванъ Ивановичъ тоже сконфузился, но не зналъ, на что рѣшиться, и боялся пуще всего оскорбить своего благодѣтеля и потерять мѣсто.
-- Конечно,-- бормоталъ онъ,-- конечно, браслетъ дорогой, Сонѣ не нужно, зачѣмъ такіе подарки? но, можетъ быть, у нихъ въ купеческомъ быту такъ водится?
-- Что водится? крикнула на него Марья Кузьминишна,-- что ты болтаешь?
Истинныя причины всѣхъ дѣйствій новаго благодѣтеля начинали выясняться передъ нею въ ихъ настоящемъ свѣтѣ, но они казались ей настолько позорными, что она отказалась въ нихъ вѣрить.
Оставшись глазъ на глазъ съ мужемъ, она спросила: женатъ или холостъ его купецъ Кудесниковъ? Но Иванъ Ивановичъ не зналъ.