Онъ хотѣлъ что-то сказать, но она перебила.
-- Молчите. Я знаю все... Я васъ видѣла вчера вечеромъ, съ вашею любовницей... Вы были вдвоемъ, въ саду, ночью... вы цѣловали ее!.. О! теперь вы ужь не станете больше клясться, что вы никого не любили кромѣ меня, потому что теперь все, все, открыто!
Лукинъ покраснѣлъ отъ неожиданности. То, что онъ пряталъ отъ Марьи Васильевны такъ старательно, тайна его отношеній къ Маевской, вышла таки наружу! И онъ не могъ себя оправдать случайностію, потому что онъ могъ предвидѣть случай; онъ зналъ то, что для Софьи было закрыто... Его долгъ къ этой женщинѣ, долгъ честнаго человѣка, не былъ исполненъ... Зачѣмъ не уѣхалъ онъ въ городъ, какъ онъ былъ намѣренъ сначала?.. Онъ могъ бы спасти ея тайну. Все это разомъ мелькнуло въ его головѣ... Что теперь дѣлать?.. Что ему отвѣчать на упрекъ?.. Есть ли еще возможность разувѣрить Машу?.. Или ему не осталось ужь болѣе ничего, какъ покаяться, разказавъ все какъ было, сначала и до конца?.. Съ одной стороны тутъ и думать не о чемъ, потому что ее, разумѣется, не увѣришь... Но какъ выдать Софью? Послѣ всего, что она сдѣлала для него, въ награду за ея безграничную преданность, развязать другой женщинѣ все?.. Жестоко! А между тѣмъ больше нечего дѣлать; выбора нѣтъ; онъ вынужденъ.
-- Вы обвиняете меня напрасно, Марья Васильевна, отвѣчалъ онъ.
-- Нѣтъ, не напрасно!.. О, не думайте, чтобы вамъ удалось обмануть меня еще разъ, потому что...-- Она наклонилась къ уху его и шепнула:-- вѣдь я сама видѣла, сама слышала.
-- То, что вы знаете, продолжалъ онъ,-- я не могу отрицать; но... я не имѣлъ никакого права открывать вамъ чужую тайну до тѣхъ поръ, покуда она оставалась тайною для васъ... это было бы низко.
-- А развѣ не низко было меня обманывать?.. Клясться, что вы меня любите до сихъ поръ, и что кромѣ меня никого не любили, тогда какъ я вижу теперь очень ясно... Я была совершенно забыта тотчасъ, какъ только мы съ вами разстались, какъ только вы встрѣтили эту женщину!
-- Если вы мнѣ не вѣрите, Марья Васильевна, отвѣчалъ онъ,-- то мнѣ, разумѣется, нечего дѣлать; но я вамъ не лгалъ. Я не люблю вашей кузины и никогда ея не любилъ. Наша связь была дѣломъ минутнаго увлеченія съ моей стороны, послѣ чего благодарность и дружба и полное равнодушіе къ другимъ женщинамъ поддерживали ее шесть лѣтъ.
Она пристально посмотрѣла ему въ глаза.
-- Я вамъ не вѣрю, сказала она, покачавъ головой.-- Вы клевещете на себя... Я никогда не считала и теперь не считаю васъ человѣкомъ, способнымъ... на подобнаго рода обманъ... Это было бы слишкомъ безсовѣстно... слишкомъ безчестно, еслибъ это было правда.