-- Нет, -- отвечала она уверенно, -- не засну.
Я стал было убеждать ее, что за такие вещи нельзя ручаться; но, видя, что это напрасный труд, предложил сделку.
-- Поделим между собою часы, -- сказал я. -- Вы будете спать спокойно до половины второго, потом до двух и до трех. А я дождусь, когда "она" осветит вашу комнату и разбужу вас. Тогда вам останется только выждать каких-нибудь полтора часа, покуда в комнате станет темно, и затем лечь опять без всякого опасения.
-- Нет, нельзя.
-- Отчего же?
-- Да от того, что если я раз усну как следует, вы меня не добудитесь. С отцом из-за этого было множество неприятностей, раньше, когда я была совсем еще молода. С тех пор я и не смею лечь, покуда он не вернется.
-- Можно однако попробовать.
-- Незачем, -- отвечала она упрямо; но когда я сказал ей решительно, что в таком случае мне остается тоже не спать, пока я не удостоверюсь, что это напрасно, -- сдалась.
VI
Настал наконец и предвиденный день. С утра, Жозефин была озабочена чем-то и не пошла меня провожать. Вечером тоже. Я воротился один и застал ее на ее любимом месте; но все попытки мои завязать разговор оставались напрасны. Девушка ждала чего-то, прислушиваясь и вздрагивая от всякого шума. Вотчима ее еще не было дома и, как всегда в подобных случаях, дверь к нему оставалась незаперта.