Всплеснулъ руками несчасный, упалъ на землю и залился слезами горючими... Долго, долго лежалъ онъ такъ, не смѣя глядѣть, не смѣя идти разспрашивать у людей, что тутъ такое было. Наконецъ, стало смеркаться и слышитъ Лука: кто-то проходитъ мимо. Поднялъ онъ голову, видитъ -- тотъ самый батракъ, котораго онъ нанялъ въ подмогу женѣ.
-- Степанъ! Степанъ! говоритъ,-- постой. Неужели не узналъ?... Вѣдь это я!.. Степанъ, ради Бога, скажи: что тутъ такое случилось?
И разсказалъ ему все батракъ.-- Проходили-де мимо погонщики съ гуртомъ, заночевали близко отъ насъ, разложили огонь и по утру, не затушивши, ушли. А на разсвѣтѣ поднялся вѣтеръ, огонь потекъ по сухой травѣ на нашу избу и, прежде чѣмъ спохватились, все вспыхнуло. Домъ, лошади, птица, скотъ и зерно, все сгорѣло; веревки мокрой выхватить не успѣли, сами едва живые ушли.
Лука перекрестился.-- Ну, славу Богу!... Мои всѣ цѣлы, значитъ?
-- Всѣ цѣлы.
-- Гдѣ же они теперь?
Тотъ почесалъ въ головѣ.-- Не знаю. Хозяйка твоя съ дѣтьми убѣжала въ городъ; съ переполоху забыла сказать къ кому. А я тутъ остался тушить, всѣ руки и ноги себѣ пережогъ; лежалъ въ больницѣ два мѣсяца.
И вотъ, потолковавъ да поохавъ, отправились они вмѣстѣ въ городъ, къ знакомымъ людямъ разузнавать куда дѣвалась семья. Ходили, ходили, искали, искали, нѣтъ, никто и слыхомъ не слыхивалъ. Только одинъ чужой человѣкъ припомнилъ, что какъ-то однажды по утру, около того времени какъ случился пожаръ, прибѣжала къ нему на дворъ погорѣлая баба съ дѣтьми. Кто и откуда -- добиться у ней не могли, дрожитъ да плачетъ. Пробыла сутки, а тутъ обозъ проходилъ, она увязалась съ обозомъ-то, да такъ и ушла.
Что будешь дѣлать? Пошелъ опять Лука по знакомымъ, разспрашивать: какой обозъ проходилъ о такую-то пору, гдѣ ночевали и куда дальше отправились? Но за давностью, никто не помнилъ. Только одинъ убогій странникъ, случившійся тутъ при разспросахъ, сталъ увѣрять, что онъ встрѣтилъ обозъ тотъ далече отъ города и сказалъ гдѣ. Лука увязался за нимъ, обѣщалъ ему все, что имѣлъ на себѣ, если только поможетъ найти... Ходили они, ходили вмѣстѣ, искали, всѣ денежки, что оставались еще въ рукахъ у Луки, ушли на поиски, и все даромъ. Только весь износился да обнищалъ.
XII.