Топот сзади... Кто-то нас догонял на быстром коне... Это был Эллиге, которому злая судьба внушила мысль разделить со мною мою экскурсию. Когда он догнал меня, мы ускорили несколько шаг, чтобы конвойные не могли нас слышать; и я объяснил ему коротко, что заставило меня бросить, в такую минуту, бал.
-- Я удивляюсь тебе, -- сказал он (мне не нравилось, что он говорит мне по-прежнему "ты", но глаз на глаз не стоило делать из этого важности)... Удивляюсь как можно было поставить корпус их впереди, в такое время, когда все заставляет думать, что они затевают измену?..
-- А разве лучше с такою догадкой оставить его в тылу? Если бы я был уверен в том, что ты говоришь, я не мог бы нигде их оставить, а должен бы был истребить, или обезоружить. Но дело еще не ясно.
-- Зачем этот кавалерийский отряд так близко?
-- Если б я знал зачем, то не стоило бы и ездить... Я мог бы принять другие меры.
-- Но ты отправился на разведку почти один... Не безумство ли так рисковать?
"Зачем он со мной говорит таким тоном? -- подумал я. -- Безумство -- не принято говорить, когда дело идет о коронованных лицах".
-- Опять-таки, -- отвечал я, -- иначе было нельзя. Я не намерен атаковать их; а для разведки, чем менее провожатых, тем лучше.
-- Вышли по крайней мере хоть двух человек вперед, чтоб не наткнуться врасплох.
-- Рано еще, -- отвечал я, -- они не могли проникнуть так далеко... Ей, Еллиге, лучше вернись, ты не привык к подобным вещам, да и помощь твоя мне не нужна.