6) Въ одной изъ третьестепенныхъ гостинницъ отравился нашатырнымъ спиртомъ молоденькій, невзрачный еврей-выкрестъ. Причиной его покушенія на собственную жизнь было то, что его обманули лица, игравшія роль въ его переходѣ въ христіанство и не только бросили его безъ поддержки, но отобрали у него и тотъ маленькій капиталецъ, на который онъ думалъ начать какое нибудь торговое дѣло и въ то же время отецъ состоятельный еврей, проклялъ его, и оставилъ безъ средствъ. Тщедушный и маленькій О--ій не зналъ никакого ремесла и совершенно потерялся въ этомъ городѣ, куда онъ прибылъ съ послѣднимъ гривенникомъ, спасаясь отъ мести родныхъ. Переходя въ христіанство по убѣжденію, онъ дѣтски-наивно вѣрилъ, что христіане живутъ какъ братья, любятъ и помогаютъ другъ другу и, конечно, скоро убѣдился въ своей ошибкѣ. Потерявъ надежду на людей, онъ нѣсколько разъ ходилъ въ часовню мѣстной чтимой иконы Божьей Матери и, наконецъ, рѣшился покончить свою жизнь и, такъ какъ у него была росписка отъ одного изъ обобравшихъ его лицъ, то онъ сдѣлалъ на ней надпись, что жертвуетъ свое право полученія на другихъ безпріютныхъ людей, опустилъ ее въ кружку при часовнѣ и вернулся въ гостинницу, чтобы умереть. Пріемъ нашатырнаго спирта оказался недостаточнымъ, чтобы причинить смерть, и я нашелъ О-скаго въ больницѣ уже поправляющимся и пришлось придумывать, какъ устроитъ его жизнь по выходѣ; основать ее на трудѣ его рукъ, оказалось крайне трудно. Кое-какъ удалось пріучить его дѣлать игрушки, но работа не спорилась въ его слабыхъ рукахъ, хотя онъ и дѣлалъ все, что могъ. О помощи онъ просилъ съ такою вѣрою въ обязанность брата христіанина помочь ему, что глубоко трогалъ меня, тѣмъ болѣе, что самъ онъ охотно дарилъ окружающимъ немногія вещицы, оставшіяся у него отъ прежняго благосостоянія. Постепенно онъ сталъ привыкать къ труду, но слабость его организма мѣшала успѣшности заработка. Онъ протянулъ впрочемъ не долго, язвы въ кишечникѣ, послѣдствіе отравленія, не зажили окончательно и унесли его въ могилу.
7) Проходя мимо дома, гдѣ помѣщается картонажная мастерская дома трудолюбія для мальчиковъ, я засталъ лежащаго на панели и горько плачущаго 11-.лѣтняго мальчика. Мальчикъ, какъ оказалось, шелъ въ мастерскую и, увидѣвъ товарищей, идущихъ въ школу учиться, разрыдался, такъ какъ и онъ прежде ходилъ въ школу, а теперь за хлѣбъ и 1 рубль въ мѣсяцъ долженъ ходить въ картонажную, чтобы помогать нуждающейся матери, Жили они ранѣе при другихъ условіяхъ, пока отецъ его, пожарный мастеръ, былъ при должности; но вотъ уже второй іодъ отецъ пьянствуетъ, ушелъ въ босую команду и показывается домой только для того, чтобы отнять у матери тѣ крохи, которыя ей удается заработать шитьемъ рубахъ на рынокъ или мытьемъ половъ. Прежде она была портнихой, у нея была машинка и работа ея спорилась, но пьяный отецъ испортилъ ее, а потомъ заложилъ и пропилъ деньги и они остаются теперь въ безысходной нуждѣ. Вотъ что могъ разсказать мальчикъ, я съ трудомъ успокоилъ его и пошелъ съ нимъ на квартиру его матери. Бѣдная женщина оказалась еще не старой и довольно миловидной, но нужда довела ея костюмъ до жалкихъ лохмотьевъ, а лицо носило слѣды горя и лишеній. Дома было еще двое дѣтей и вся семья ютилась въ одномъ углу комнаты мастерской столяра, жена котораго была кумой моей новой знакомой и пріютила ее Христа ради, но съ условіемъ, чтобы мужъ не ходилъ и не буянилъ. Какъ разъ я засталъ сцену, когда пьяница P-въ дѣлалъ попытку забраться въ домъ. Это былъ рослый мужчина, съ грубымъ, обвѣтреннымъ, пьянымъ лицомъ. Рѣчь его оказалась полна скверныхъ выраженій и клеветъ на жену. Я попробовалъ, однако, его урезонить правдиво, но безъ брани изобразивъ ему картину его подвиговъ. Мои слова и вообще мое присутствіе въ убѣжищѣ его семьи поразили его и мнѣ не пришлось ожидать долго его покаянія и онъ далъ мнѣ слово исправиться. Я помогъ ему настолько, чтобы онъ могъ самымъ элементарнымъ образомъ одѣться и начать работать на сосѣдней бѣлильной фабрикѣ, гдѣ въ виду крайне вреднаго для здоровья производства, всегда бывали вакансіи для рабочихъ, которые оставались тамъ, пока не пріищется болѣе здоровой работы. Слово свое онъ сдержалъ только на половину; ходить на работу онъ сталъ ежедневно, отъ небольшого же заработка принесъ домой только половину, остальное пропилъ и видимо готовъ былъ уже вернуться къ старому. Обстановка бѣлильной фабрики, гдѣ по преимуществу работали бездомные босяки, могла имѣть только самое вредное вліяніе и я, по совѣту жены его, рѣшился отправить его въ деревню къ брату крестьянину, у котораго, независимо отъ родственныхъ чувствъ, осъ долженъ былъ встрѣтить радушный пріемъ, такъ какъ наступала рабочая пора, и попасть въ отрезвляющую здоровую, трудовую обстановку. Р-за отвезли на вокзалъ, взяли ему билетъ и отправили въ деревню, давъ ему въ руки только 50 копѣекъ. Черезъ нѣсколько дней получилось письмо, гдѣ онъ извѣщалъ жену, что слава Богу добрался до деревни, пройдя 50 верстъ пѣшкомъ, и что родные ему рады. Когда Р--въ вернулся мѣсяца черезъ два послѣ уборки хлѣба домой съ городъ, то его узнать было трудно, это оказался довольно молодцеватый, съ военной выправкой человѣкъ, солидно и прилично себя державшій, полный силъ и здоровья, которыхъ онъ набрался работая на чистомъ воздухѣ и при здоровой, простой деревенской пищѣ. Онъ и пріодѣлся настолько въ деревнѣ, что оказалось возможнымъ пристроить его на приличное мѣсто сначала чернорабочаго, а когда онъ выдержалъ еще три мѣсяца, то на мѣсто мастера, и я съ удовольствіемъ видѣлъ, какъ вновь устроилась его семейная жизнь, выкуплена была швейная машина, сынъ помѣщенъ въ школу и семья зажила дружно.
8. Не помню, при какихъ обстоятельствахъ познакомился я съ госпожею И-ой, женой канцелярскаго чиновника одного изъ губернскихъ учрежденій. Помню, какъ ей трудно было сохранять обличіе дамы, когда, одѣтая въ лохмотья, она приходила ко мнѣ хлопотать о мѣстѣ мужу, который, по ея словамъ, по болѣзни, болѣе года лишился службы и они остались съ кучей дѣтей безъ всякихъ средствъ. Посѣтивъ ихъ, я понялъ всю правду. Мужъ оказался алкоголикомъ и потерялъ мѣсто благодаря пьянству и вновь поступить на государственную службу было уже очень трудно. Положеніе и обстановка ужасныя. Въ хозяйствѣ семьи все было прожито, кромѣ лохмотьевъ и такой утвари, которую и на дрова не возьмутъ. Квартира, нанятая на краю города у какой то доброй женщины, давно не плачена, дѣти бѣгаютъ въ однѣхъ грязныхъ рубашевкахъ и вся семья давно питается однимъ хлѣбомъ, который печетъ сама И-за, покупая муку на гроши, перепадавшіе ей отъ стирки и другой поденной работы, на которую она ходила. Самъ И-въ, поставленный въ невозможность удовлетворять своей страсти, хранилъ мрачное молчаніе. Нашлись люди, которые помогли влачить свое существованіе этой бѣдной семьѣ, но такое положеніе, очевидно, продолжаться не могло; И-въ могъ опуститься еще ниже, а дѣти его превратиться въ нищихъ и выроста профессіональными паразитами. Нужно было попытаться поднять И-ва. Физическое оздоровленіе его началось на лонѣ природы, когда онъ желая помочь семьѣ, не имѣвшей мяса, сталъ удить рыбу и за этимъ занятіемъ проводить цѣлыя ночи на воздухѣ. На ряду съ уженіемъ онъ сталъ столярничать, чтобы пополнить отсутствіе всякой мебели; но это все были только суррогаты здороваго труда и И-ву, 40 лѣтнему человѣку, пришлось серьезно заняться своимъ перевоспитаніемъ и пополнить свой запасъ знаній, чтобы получить настоящій трудъ, который могъ бы обезпечить самого. Намѣчена была служба желѣзнодорожная и потому пришлось штудировать уставъ этой службы и вотъ нужда и забота совершенно отрезвили за 6 мѣсяцевъ И-ва и мѣсто нашлось съ достаточнымъ заработкомъ.
9. При посѣщеніи ночлежнаго дома меня поразило мрачное и истощенное лицо, съ выраженіемъ демоническаго отчаянія, одного изъ ночлежниковъ. Это было лицо человѣка, кажется, красиваго отъ природы, но до того истощеннаго и измученнаго, что оно производило впечатлѣніе какой-то тѣни. Обратиться за помощью ко мнѣ этотъ человѣкъ, видимо, не рѣшался, хотя и слушалъ внимательно мои разговоры съ другими. На слѣдующій день я получилъ отъ него написанное прекраснымъ почеркомъ письмо, въ которомъ, въ искреннихъ и благородныхъ выраженіяхъ, онъ просилъ меня спасти его и вернуть къ порядочной жизни. Это оказался студентъ М-въ, юристъ четвертаго курса, нѣсколько лѣтъ передъ этимъ имѣвшій несчастіе получить наслѣдство въ 10--12 тысячъ. Эти деньги нарушили здоровый ходъ его жизни, основанной до тѣхъ поръ на работѣ для будущаго, которое было уже не далеко, и ему вскорѣ предстояло начало служенія обществу въ судебномъ вѣдомствѣ. Хорошее воспитаніе съ знаніемъ языковъ и музыки давало ему въ жизни нѣсколько шансовъ болѣе, чѣмъ его менѣе избалованными судьбой товарищамъ, но. очевидно, вмѣстѣ съ нѣкоторыми внѣшними преимуществами онъ получилъ и наклонность къ тунеядству и въ прожиганію жизни. Полученный капиталъ далъ пищу этой наклонности и жизнь М-за пошла по наклонной плоскости книзу. Въ теченіе года онъ велъ широкую жизнь празднолюбцевъ, основанную на тщеславіи, азартѣ, разгулѣ и пьянствѣ и кончилъ тѣмъ, что остался безъ копейки, съ развившейся страстью въ алкоголю и расшатанными нервами. Отвычка отъ труда выбросила его на улицу и со ступеньки на ступеньку онъ дошелъ до этого положенія, въ которомъ я его засталъ. По естественному чувству стыдливости онъ избѣгалъ открытаго прошенія милостыни, тѣмъ болѣе, что въ городѣ всѣ его знали но прежней широкой жизни и потому онъ страдалъ отъ голода и лишеній болѣе, чѣмъ другіе его товарищи по улицѣ. Когда я его встрѣтилъ, онъ уже болѣе трехъ лѣтъ не имѣлъ работы и былъ въ безвыходной нуждѣ, питаясь только тѣмъ, что удѣлялъ ему смотритель ночлежнаго дома изъ общихъ подаяній. Прежде всего надо было дать ему поправиться физически и придать его внѣшности тотъ видъ, при которомъ возможно получить трудъ, соотвѣтствующій его знаніямъ. Я помѣстилъ его въ больницу, не предполагая, впрочемъ, что онъ серьезно боленъ: оказалось однако, что развившійся на почвѣ голодовокъ скорбутъ чуть не унесъ его въ могилу, и онъ поправился только мѣсяца черезъ три. Мнѣ удалось достать ему работу по статистикѣ, которую онъ исполнялъ исправно, но алкоголизмъ и слабость воли препятствовали устройству его самостоятельной жизни и мнѣ пришлось долго опекать его.
Много еще примѣровъ болѣе или менѣе успѣшнаго возврата къ нормальной жизни нравственно ослабѣвшихъ людей и въ особенности изъ среды чернорабочихъ мнѣ извѣстны изъ моего опыта, но въ общемъ я все же долженъ былъ убѣдиться, что единичное усиліе и помощь отдѣльныхъ лицъ рѣдко достигаютъ прочныхъ результатовъ въ дѣлѣ возрожденія и необходима организованная помощь, форма которой еще должна быть выработана, такъ какъ дома трудолюбія, по складу своей жизни, не отвѣчаютъ этимъ задачамъ.
Хотя надежда на устраненіе съ дорогъ и улицъ этихъ полураздѣтыхъ, голодныхъ и ч^сто пьяныхъ людей, вынуждающихъ подаяніе у обезпеченной и трудящейся части населенія и служила главнымъ стимуломъ къ пожертвованіямъ на устройство домовъ трудолюбія, но послѣдующая жизнь этихъ учрежденій почти повсемѣстно доказала, что цѣль исправленія и помощи нравственно опустившимся людямъ ими не достигается. Предоставляемый трудъ не отвѣчаетъ физической силѣ и способностямъ людей этой категоріи, заработокъ не окупаетъ даже содержанія, тѣмъ не менѣе возможно образованіе необходимыхъ для начала свободной трудовой жизни сбереженій.
При такомъ положеніи дѣла, эта многочисленная группа слабыхъ волей людей продолжала стоять на перепутья къ преступленію, къ смерти отъ запоя или голода, между тѣмъ, какъ иначе поставленная помощь могла бы значительную часть ихъ вернуть къ здоровой, полезной для общества жизни. Но для этого слѣдовало бы выработать и испытать иную, болѣе отвѣчающую этимъ задачамъ форму трудовой помощи на началахъ коопераціи или артели, дающей возможность ставить нуждающагося въ помощи человѣка прежде всего въ нормальныя условія жизни, основанной на трудѣ, въ среду людей, связанныхъ съ нимъ общими интересами дѣла.
Въ 1900 году, находясь на службѣ въ г. Ярославлѣ, гдѣ, вслѣдствіе его положенія на великой судоходной рѣкѣ, собирается значительный контингентъ босяковъ-зимогоровъ, работающихъ лѣтомъ по пристанямъ, а зимой терпящихъ безпросвѣтную нужду, я обратился къ мѣстному благотворительному обществу (Комитету призрѣнія нищихъ) съ просьбою помочь новому опыту организованной помощи этому классу людей, основанной всецѣло на трудѣ и нравственномъ воздѣйствіи на ослабѣвшихъ волей людей, примѣнивъ для новой организаціи трудовой помощи, по возможности, формы обычной русской артели.
Основанія организаціи и условія дѣятельности, предложенной мною новой формы трудовой помощи были слѣдующія. Для оказанія трудовой помощи людямъ съ слабой волей, но здоровымъ физически и способнымъ къ труду, впавшимъ въ бѣдственное положеніе и не имѣющимъ силъ самостоятельно выбраться на путь нормальной трудовой жизни -- организуются артели трудовой помощи. Такія артели, имѣющія во главѣ Попечительство, принимающее на себя опеку интересовъ артели, прежде всего должны имѣть собственныя помѣщенія для ночлега и праздничнаго отдыха, со столовой, кухней, цейхгаузомъ и конторой.
Въ составъ артели должны приниматься всѣ способные къ труду лица, которыя выразятъ желаніе вступить въ нее и подчиниться всѣмъ ея правиламъ на срокъ не менѣе трехъ мѣсяцевъ и примутъ на себя обязанности производить работы по нагрузкѣ и разгрузкѣ вагоновъ, судовъ, перемѣщенію грузовъ, очисткѣ улицъ, пилки дровъ и т. д.