Предчувствуя свой скорый конец, А.Ф. Аксакова в марте 1889 г. вызвала к себе племянницу мужа Ольгу Григорьевну Аксакову (1848-1921) для ознакомления с бумагами Ивана Сергеевича и приведения их в порядок, видя в ней продолжательницу начатого издания. Ей оставила Анна Федоровна и список лиц и учреждений, которым должен быть разослан от ее имени III том писем, дожить до его выхода она не надеялась.
Анна Федоровна умерла, не оставив завещания, и решением московской судебной палаты единственной наследницей стала ее сестра Дарья Федоровна Тютчева (1834-1903), камер-фрейлина. Вместе с наследством она получила и право литературной собственности на сочинения И.С. Аксакова.
В 1890 г. Д.Ф. Тютчева сдала бумаги И. Аксакова Б.В. Барсову, секретарю Общества истории и древностей российских при Московском университете. По своей занятости Барсов разбором бумаг не занимался, и в 1892 г. Тютчева, стремясь, с одной стороны, обеспечить их сохранность, а с другой, не желая заниматься многотрудным и "непосильным" делом их издания {Д.Ф. Тютчева только курировала 2-о изд. II тома "Полного собрания сочинений И.С. Аксакова (Славянофильство и западничество)", вышедшего в 1891 г. в Петербурге.}, передала находившиеся у Барсова бумаги и права собственности на литературное наследие И. Аксакова императорской Публичной библиотеке в Петербурге {Акт о передаче Д.Ф. Тютчевой права литературной собственности на рукописи, письма и издания И.С. Аксакова Публичной библиотеке см.: ИРЛИ. Ф. 3. Оп. 5. Ед. хр. 54.}, мотивируя это тем, что среди представителей семьи Аксаковых нет лиц, заботливо отнесшихся к судьбе литературного наследия Ивана Сергеевича. Но такой человек был: О.Г. Аксакова, о которой Дарья Федоровна умолчала.
Воля А.Ф. Аксаковой, желавшей, чтобы издание писем не прерывалось, оставалось для Ольги Григорьевны законом. Но выход III тома писем несколько задержался (вышел в 1892 г., когда и совершилась передача бумаг Публичной библиотеке), так как О.Г. Аксакова жила не в Москве, а в Самаре. Письма III тома она издала, руководствуясь инструкциями А.Ф. Аксаковой, от которых не считала вправе отступать. Прежние принципы издания были сохранены: письма определенного периода сопровождались краткими пояснениями, написанными Ольгой Григорьевной, в состав тома вошли приложения: стихотворения И.С. Аксакова, судебные сцены "Присутственный день в уголовной палате", отрывки из дневников Ивана Сергеевича, статья "Несколько слов об общественной жизни в губернских городах", программа "Московского сборника" 1852 г., письмо И.С. Аксакова графу А.Ф. Орлову относительно путешествия на "Диане". Не были изменены ни заголовок, ни обложка писем, III том был напечатан, как и первые два, в типографии М.Г. Волчанинова. Но в отличие от предыдущих томов в III томе были помещены письма не только родным; А.И. Кошелеву, Д.А. Оболенскому, Е.И. Елагиной. Была допущена некоторая небрежность в датировке: так, на с. 194 III тома дата письма обозначена 3.XI.1855 г., в подлиннике - "3-го ноября на 4-ое"; на с. 185 письмо датируется 25.Х.1855 г., в подлиннике - "25-27 октября" и т.п. Некоторые, даты поставлены предположительно, как например, в письмах 194, 225 и др., но нигде это не оговорено и не мотивировано. Как и в первых двух томах, в письмах III тома были сделаны купюры, содержащие подробности продажи И. Аксаковым аксаковского хлеба в Ярославской губернии, историю увлечения двоюродного брата Ивана Сергеевича В.Г. Карташевского артисткой Е.Н. Жулевой, сватовства Цемша к двоюродной сестре Ивана М.В. Воейковой, некоторые критические замечания в адрес В.Н. Муравьева, Н.П. Трушковского и др. Некоторые письма совсем, не были напечатаны: О.Г. Аксакова не опубликовала 24 письма 1851-1853 гг., написанных из Оренбургской и Рязанской губерний,, из Москвы, очевидно, потому, что они содержали историю бунта аксаковских крестьян против управляющего, рассказ о неудачном сватовстве К.С. Аксакова к СП. Бестужевой, а также описание замужества С.А. Самбурской, совершившегося против воли ее отца. Возможно, эти письма не вошли в III том и потому, что большинство их было написано из Москвы в Абрамцево, а не из провинции, как все остальные.
Небольшую помощь оказал Ольге Григорьевне С.И. Пономарев, которым был составлен указатель "лиц, мест и предметов" к трем томам и список дополнений и опечаток (очень неполный).
Женщина благородная и самоотверженная, Ольга Григорьевна напечатала III том писем за свой счет, и только с передачей бумаг и прав литературной собственности на аксаковские сочинения Публичной библиотеке последняя оплатила расходы по печатанию.
Как и Анна Федоровна, О. Г. Аксакова не хотела оповещать никого о своих заслугах. Написанное ею предисловие к III тому не было подписано: "не желаю выставляться перед публикой" {Письмо B.C. Росселевскому он 15.VIII.1892 г. // ИРЛИ. Ф. 3. Оп. 17. Ед. хр. 16. Л. 53 об.}. Дела с типографией она также вела сама, на предложение B.C. Росселевского (двоюродного племянника И.С. Аксакова) помочь ей в переговорах с типографщиками резковато отказала: "... я ведь не светская дама и привыкла, где только могу, вести свои дела без посредников..." {Письмо от 3.VII.1892 г. // Там же. Л. 44 об.}. Она была достойной продолжательницей дела, начатого А.Ф. Аксаковой.
Как и предыдущие, III том писем был хорошо принят читателями. "Я получаю отовсюду о нем хвалебные отзывы", - сообщала издательница B.C. Росселевскому {Письмо от 26.I.1893 г. // Там же. Л. 59 об.}.
Последний, IV том Писем - не родным, а разным лицам - в 10-летнюю годовщину кончины И.С. Аксакова издала Публичная библиотека во главе с академиком А.Ф. Бычковым (СПб., 1896). О.Г. Аксакова не принимала участия в этом издании. Она вообще не одобряла перехода права собственности на сочинения И.А. Аксакова Публичной библиотеке, считая, что делами издания должны заниматься родственники и что поэтому Д.Ф. Тютчева находится не на высоте аксаковских принципов.
Возмущена была Ольга Григорьевна и действиями Росселевского, без ее позволения включившего дневник B.C. Аксаковой (писавшийся на о. Занте, где умер К.С. Аксаков) в качестве приложения к IV тому писем. При этом в предуведомлении было сказано, что дневник был передан ему Ольгой Григорьевной, получалось, что он печатается с ее согласия. Считая неуместным публиковать частные, интимные подробности, относящиеся к болезни и смерти К.С. Аксакова, тем более в томе, которым начиналась не семейная переписка, она предлагала вырезать из него этот дневник, на что Россоловский не соглашался. Дело окончилось ссорой {О подробностях конфликта см.: письма О.Г. Аксаковой B.C. Россоловскому от 18.11.1896 г. и отрывок письма без даты // ИРЛИ. Ф. 3. Оп. 17. Ед. хр. 16. Л. 69-73 об., а также ее письмо Россоловскому от 11.III.1896 г. // РГАЛИ. Ф. 10. Оп. 3. Ед. хр. 182. Л. 4-5 об.}.