Слѣдовательно вина не въ панѣ Піѣ IX, а въ папизмѣ. Но что такое папизмъ по отношенію къ римскому католичеству? Есть ли это явленіе только случайное, чужеродное, которое легко выдѣляется изъ общей жизни латинской церкви,-- наростъ удобоотсѣкаемый? Не есть ли, напротивъ того, папизмъ духовно-органическое начало, проникшее собою все существо римско-католической церкви,-- ядъ, отравившій плоть и кровь? Казалось бы излишнимъ предлагать этотъ вопросъ людямъ, закаленнымъ въ знаніи исторической науки, я которые, въ теченіи всей тысячелѣтней исторіи римско-католической церкви послѣ раздѣленія церквей, могли отыскать, въ оправданіе своего протеста противъ римской доктрины о папствѣ, только одинъ единственный фактъ, одно церковное свидѣтельство, именно тридентинское исповѣданіе,-- да и то, какъ разъяснено выше, лишенное всякаго значенія. Однакоже, судя по программѣ мюнхенскаго конгресса, есть, къ сожалѣнію, поводъ полагать, что старо-католики не отдаютъ себѣ до сихъ поръ точнаго отчета въ историческомъ и нравственномъ объемѣ своего протеста. Такъ въ 3-мъ пунктѣ программы говорится: "мы стремимся, при содѣйствіи богословской науки, къ церковной реформѣ, которая, въ духѣ древней церкви, должна уничтожить нынѣшніе недостатки и злоупотребленія ".
Уничтожить нынѣшніе недостатки.... Но развѣ они нынѣшніе, а не давнишніе, не постоянно присущіе римско-католической церкви въ теченіи десяти вѣковъ! Ссылаемся опять на книгу Януса, какъ на авторитетъ конечно полновѣсный въ глазахъ членовъ мюнхенскаго конгресса, на первые два пункта самой программы и на указанные нами выше предѣлы старины, искомой старо-католиками. Недостатки! Развѣ доктрина о папской непогрѣшимости, извращающая основную истину христіанской вѣры, противорѣчащая, по словамъ самой же программы, и Св. Писанію, и ученію древней вселенской церкви -- только недостатокъ, который римская церковь можетъ легко исправить, а не органическій порокъ, называемый папизмомъ, отъ котораго надлежитъ ей очиститься не наружно только, но и внутренно? Развѣ догматъ о Папской божественности есть только, то-есть практическое уклоненіе отъ чистоты начала, а не ложь самого начала? Не подумайте, что мы только привязываемся къ выраженіямъ. Намъ слишкомъ близко лежитъ на сердцѣ довести затронутые вами вопросы до возможно полной ясности и разсѣять раздѣляющія насъ съ вами недоразумѣнія. Позвольте же васъ спросить: отрекаясь отъ догматовъ, провозглашенныхъ римскимъ соборомъ 1870 года, продолжаете ли вы, напримѣръ, вмѣстѣ съ католиками, исповѣдующими эти догматы, признавать папу распорядителемъ какого-то излишка благодати, образуемаго сверхтребуемыми заслугами святыхъ и дающаго ему возможность раздавать эту излишнюю благодать грѣшникамъ, въ видѣ индульгенцій? Мы не сомнѣваемся въ вашемъ отвѣтѣ, потому что не сомнѣваемся въ вашемъ искреннемъ уваженіи къ логикѣ: вашъ отвѣтъ будетъ отрицателенъ, и инымъ быть не можетъ уже потому, что чудовищное ученіе о резервномъ фондѣ благодати (по выраженію Хомякова), состоящемъ въ исключительномъ распоряженіи папы, связано неразрывно съ отвергаемой вами римской доктриной о божественной власти папы, какъ главы церкви и намѣстника Христа. Но если прослѣдить въ подробности все вѣроученіе римско-католической церкви, ея церковные обряды, обычаи и самое богослуженіе, то не найдется ли отраженія отвергаемой вами римской доктрины и въ другихъ отдѣлахъ ея вѣроученія, и въ обычаяхъ, и въ богослуженіи? Не обличится ли отрава папизма во всемъ, такъ сказать, тѣлѣ церковномъ? Безъ сомнѣнія да, и вы поэтому уже не можете не признать органическаго свойства за тѣмъ зломъ, которое называется папизмомъ, а признавая это свойство, вы уже не можете считать его только "нынѣшнимъ недостаткомъ", съ которымъ легко раздѣлаться однимъ логическимъ умозаключеніемъ; вы не можете, отрекаясь отъ догматовъ римскаго собора 1870 года, не отречься въ то же время и отъ всего того, что ученіе, выраженное теперь въ догматахъ, внесло когда-либо въ духъ и жизнь римской церкви, еще до облеченія своего въ догматическую форму,
И вы дѣйствительно отрекаетесь. По крайней мѣрѣ всякое сомнѣніе въ томъ непозволительно, и неопредѣленность выраженій въ 3-мъ пунктѣ программы теряетъ все свое значеніе въ виду торжественныхъ вашихъ словъ въ той же программѣ, въ 1-мъ и 2-мъ пунктахъ, гдѣ вы говорите: "мы твердо держимся древняго устройства церкви и отвергаемъ поэтому всякую попытку отнять у епископовъ право непосредственнаго и самостоятельнаго ^правленія помѣстными церквами. Мы отвергаемъ ученіе, содержащееся въ ватиканскихъ декретахъ" (слѣдовательно не одного 1870 г., а безъ различія времени), "по которому папа есть единственный, Богомъ поставленный представитель церковнаго авторитета и іерархической власти. Мы признаемъ первенство римскаго епископа въ томъ смыслѣ, въ какомъ оно, на основаніи Св. Писанія, было признано отцами и соборами въ древней нераздѣльной христіанской цер ". Можетъ ли отреченіе быть полнѣе?
Такъ казалось бы, такъ должно бы быть. Но вотъ что читаемъ мы въ первыхъ строкахъ вашей программы: "сознавая свои религіозныя обязанности, мы остаемся вѣрными древней католической вѣрѣ, въ томъ видѣ, въ какомъ она засвидѣтельствована Св. Писаніемъ и преданіемъ, и остаемся вѣрными древнему католическому богослуженію. Мы считаемъ себя поэтому полноправными членами католической церкви и не позволяемъ лишать насъ церковнаго общенія, ни проистекающихъ изъ этого общенія церковныхъ и гражданскихъ правъ. " Мы объявляемъ ни на чемъ не основаннымъ и совершенно произвольнымъ то церковное лученіе, которому насъ подвергли изъ-за нашей вѣрности вѣрѣ (Glaubenstreue), и потому это отлученіе нисколько не препятствуетъ добровольному участію нашему въ церковномъ общеніи ".
Какъ? Вы не признаете папу тѣмъ, чѣмъ онъ самъ себя признаетъ, и негодуете -- зачѣмъ онъ лишаетъ васъ общенія съ собою и съ тѣми, кто съ нимъ одной мысли и вѣры? Вы отрицаете папизмъ и хотите, чтобы церковь, папизмъ исповѣдующая (а другой католической церкви на Западѣ не существуетъ), съ своей стороны не отрекалась отъ васъ? Вы недовольны, что папа отлучилъ васъ, послѣ того, какъ вы сами отъ него отлучились или вѣрнѣе отлучили его отъ себя? Но вѣдь это -- contradictio in adjecto. Но вѣдь церковное общеніе предполагаетъ единеніе въ вѣрѣ; иначе оно немыслимо, иначе нѣтъ церкви, ибо въ единствѣ вѣры заключается самое основаніе церкви. А между вами и римскою церковью развѣ существуетъ это единеніе въ вѣрѣ? Вѣруете вы развѣ въ тѣ догматы, въ которые она вѣруетъ, и не отвергаете ли вы ихъ, напротивъ, какъ несогласные съ вашею вѣрою? Если не вѣруете и отвергаете, то отлученіе, которому римская церковь васъ подвергла, не только не произвольное, но совершенно правильное, логически неизбѣжное и, скажемъ прямо, для васъ желанное, ибо свидѣтельствуетъ предъ всѣмъ міромъ о вашей правдѣ. Если вы считаете себя сохранившими вѣрность древней вселенской вѣрѣ, то хотя бы римская церковь сама приглашала васъ къ общенію съ собою, вы должны были бы отказаться отъ общенія съ нею, какъ съ измѣнившею этой вѣрѣ. Но если вы полагаете, что ваше вѣроисповѣданіе не препятствуетъ вашему "добровольному общенію" съ римскою церковью, то стало -быть между вами и ею нѣтъ существеннаго разномыслія. Однакожъ такъ ли это? Развѣ ваше разномысліе съ нею касается какого-нибудь обряда, дисциплинарнаго правила, или другаго случайнаго явленія? Развѣ вопросъ о папской непогрѣшимости и власти не есть вопросъ вѣроученія? А при разномысліи въ вѣроученіи могутъ ли разномыслящіе составлять одну церковь?
Нѣтъ, вы находитесь внѣ церкви, той церкви, которая именуется римско - католическою, имѣетъ во главѣ своего римскаго первосвященника и полное внѣшнее устройство, бы внѣ ея, какъ и она внѣ васъ. Это вы должны признать гласно и неукоснительно, въ этомъ одномъ заключается ваша правда и ваше право на надежду общенія съ другими церквами, которыя, съ своей стороны, пребываютъ внѣ общенія съ Римомъ. Въ противномъ случаѣ да позволено будетъ усомниться въ чистосердечіи вашего отреченія отъ римской лжи и въ ясности вашего религіознаго сознанія.
Итакъ, вы уже не въ римской церкви, но и сами не составляете церковь. Правда, вы объявляете, въ своей программѣ, что "не позволяете себя лишать ни церковнаго общенія, ни проистекающихъ изъ этого общенія церковныхъ и гражданскихъ правъ", потому что, "оставаясь вѣрными древней католической вѣрѣ и древнему католическому богослуженію", вы "считаете себя полноправными членами католической, церкви". Но какой же церкви вы члены? Что разумѣете вы подъ словомъ "католическая" (то-есть по русски вселенская) церковь? Ту ли мѣстную церковь, или западно-христіанскую церковную общину, которая, въ теченіи вѣковъ, носитъ названіе римско-католической и входитъ въ составъ римскаго патріаршества? Или же ту "единую, святую, соборную (католическую) и апостольскую церковь", о вѣрѣ въ которую говоритъ Никео-Константинопольскій символъ, которой глаза Христосъ (а не папа), которая хранитъ и блюдетъ неизмѣннымъ, во всей чистотѣ, ученіе Спасителя и апостоловъ? Но "ели вы принадлежите къ исповѣданію сей единой истинной церкви, то вы не можете признавать себя членомъ современной римско-католической церкви, ибо, по вашему собственному сознанію, ученіе послѣдней несогласно ни "съ Св. Писаніемъ, ни съ преданіемъ, ни съ ученіемъ древней церкви вселенской". Нельзя же, въ одно и то же время, принадлежать къ вселенскому церковному единству и считаться членомъ церкви, оторвавшейся отъ церковнаго единства, какъ нельзя въ одно и то же время исповѣдывать два равные символа вѣры и два ученія, взаимно себя исключающія.
Вы скажете: мы конечно стоимъ внѣ современной римской церкви, принявшей догматъ о папской божественности, но мы одно съ тою римско-католическою церковью, которая имѣетъ исповѣданіе общее со всею древнею вселенскою церковью: мы ея члены. Но такой римско-католической церкви не существуетъ уже со времени раздѣленія церквей, которое потому и послѣдовало, что церковная римская община учредила у себя исповѣданіе не общее съ древнею вселенскою церковью. Та западная христіанская церковь, которая состояла въ полномъ единствѣ вѣры и ученія съ древнею вселенскою церковью и которой членами вы себя считаете, прекратила свое земное бытіе уже около тысячи лѣтъ. Слѣдовательно, вы члены церкви не живущей и не дѣйствующей на землѣ, не сообщающейся съ вами благодатью таинствъ? Слѣдовательно, церковь истинная, вопреки обѣщанію Спасителя, уже не пребываетъ въ мірѣ, во образѣ видимой земной церкви? Такъ вытекаетъ изъ вашихъ словъ, потому что вы не указываете: гдѣ именно, въ какой мѣстной церковной общинѣ, кромѣ римско-католической, продолжаетъ еще жить, въ наше время, истина "древней" церкви,-- а что ея, этой истины, уже не обрѣтается болѣе въ современной церкви римско-католической, исповѣдующей папскую непогрѣшимость,-- это вы уже сами выразили неоднократно.
Мы, православные, знаемъ: гдѣ продолжаетъ пребывать истинная церковь; но вамъ, при недостаткѣ этого знанія, или при желаніи разрѣшить вопросъ помимо Востока, въ предѣлахъ одного Запада, приходится путаться,-- извините насъ за рѣзкость выраженія,-- въ безвыходныхъ противорѣчіяхъ. Вы вынуждены искать себѣ опоры въ одномъ историческомъ воспоминаніи о вселенской церкви, когда-то, за десять вѣковъ, существовавшей и на Западѣ, но теперь уже не существующей. Слѣдовательно вы вынуждены: съ одной стороны -- допустить противное христіанской вѣрѣ предположеніе, что преданіе церкви вселенской и дѣйствіе въ ней Божіей благодати могли подвергнуться десятивѣковому перерыву; съ другой стороны -- довольствоваться какимъ-то мысленнымъ и духовнымъ общеніемъ съ сею когда-то бывшею церковью. Но такого предположенія вы, конечно, допустить не можете, не можете и довольствоваться такимъ абстрактнымъ общеніемъ. Потому-то, удовольствовавшись одной оговоркой о принадлежности вашей къ истинной, католической церкви, вы въ то же время настаиваете на принадлежности вашей къ церкви - католической, исповѣдующей лживые догматы. Да, милостивый государь, вы хотите принадлежать (и стало-быть считаете для себя возможнымъ принадлежать) именно къ этой римской, а не къ другой церкви -- именно къ, потому, что вы
требуете для себя современныхъ, связанныхъ съ принадлежностью къ этой церкви, церковныхъ и гражданскихъ правъ. Понятно, что вы можете сказать государству: "мы отдѣляемся отъ римской церкви въ исповѣданіи вѣры, а потому разрываемъ общеніе съ нею и образуемъ отдѣльную христіанскую общину: признайте наше право на гражданское существованіе, оградите намъ свободу совѣсти и богослуженія". Но требовать для себя правъ во имя принадлежности къ церкви, къ которой вы не принадлежите единствомъ вѣроисповѣданія и отъ которой вы сами себя отлучили -- это понять нѣсколько затруднительно.