Въ виду совершеннаго недостатка у насъ ремесленнаго образованія, которое прежде поддерживалось отдачей помѣщиками въ выучку дѣтей дворовыхъ, -- недостатка, столь живо чувствуемаго, что при первыхъ сужденіяхъ о народномъ образованіи многія земскія собранія признали необходимость озаботиться устройствомъ ремесленныхъ училищъ,-- понятно, что мы должны быть благодарны Министерству внутреннихъ дѣлъ, что оно не распорядилось закрыть заведенныя доселѣ, безъ его разрѣшенія, ремесленныя училища. Но можетъ ли вышеприведенный циркуляръ, который, повидимому, расширяетъ смыслъ первоначальнаго постановленія, облегчительно содѣйствовать учрежденію ремесленныхъ школъ? Еще можно допустить, особенно до изданія Положенія о начальныхъ народныхъ училищахъ, утвержденнаго 14 іюля 1864 г., подчиненіе особыхъ собственно ремесленныхъ училищъ, которыя какъ будто не подходили подъ задачу Министерства народнаго просвѣщенія, вѣдѣнію другаго министерства; иначе эти школы остались бы внѣ всякаго завѣдыванія, что конечно несообразно съ нашимъ строемъ администраціи. По, какъ видно, условія жизни указали другой исходъ для удовлетворенія потребности въ обученіи ремесламъ,-- и при существующихъ учебныхъ заведеніяхъ устраиваютъ и ремесленныя отдѣленія. На будущее время переписка съ Министерствомъ внутреннихъ дѣлъ повидимому неизбѣжна даже въ томъ случаѣ, если ремесленное училище не самостоятельное, а заводится только въ видѣ обученія ремесламъ при существующемъ училищѣ вѣдомства Министерства народнаго просвѣщенія,-- училищѣ, учрежденномъ на законномъ основаніи и находящемся подъ его надзоромъ въ учебномъ и нравственномъ отношеніяхъ. Трудно непосвященному постигнуть смыслъ такого стѣснительнаго условія. Возьмемъ, напримѣръ, уѣздное училище, существованіе котораго обязательно для каждаго города; всѣ предметы преподаются въ немъ людьми назначенными Министерствомъ народнаго просвѣщенія и завѣдывается оно смотрителемъ, которому правительство дов ѣ ряетъ умственное и нравственное воспитаніе дѣтей; но если пріищется имъ возможность и найдутся средства обучать дѣтей какому-нибудь ремеслу, положимъ хоть переплетному, то для этого Министерство народнаго просвѣщенія, и учебный округъ, и дирекція училищъ, и смотритель -- не компетентны,-- они не смѣютъ допустить въ стѣны училища мастера, а должны вести объ этомъ переписку съ Министерствомъ внутреннихъ дѣлъ, результатъ которой еще можетъ быть сомнителенъ. Не отобьетъ ли подобная необходимость сношенія съ постороннимъ министерствомъ, взгляды котораго могутъ мѣняться съ перемѣной личнаго состава, охоту заводить подобное отдѣльное обученіе ремесламъ? Кажется, Министерство народнаго просвѣщенія и его органы -- лучшіе судьи: въ какой мѣрѣ будетъ и будетъ ли такое обученіе мѣшать успѣху остальнаго преподаванія, удобно ли для сего назначить, положимъ, послѣобѣденное время, и т. п.: другихъ соображеній которыми бы слѣдовало руководствоваться при учрежденіи такихъ ремесленныхъ отдѣленій, мы, по правдѣ сказать, не можемъ придумать.
Если ужъ непремѣнно нужно разрѣшеніе, то не совершенно ли достаточно имѣть его отъ попечителя округа, который чрезъ директора училищъ и училищные совѣты можетъ наблюдать за равномѣрностью занятій учебными предметами и ремеслами? Мы встрѣтили этотъ циркуляръ въ одной изъ губернскихъ газетъ Западнаго края, гдѣ во многихъ мѣстахъ не мало положено было стараній, заботъ и употреблено издержекъ на заведеніе именно обученія нѣкоторымъ ремесламъ при народныхъ и уѣздныхъ училищахъ. Кто знаетъ, какъ трудно возбудить желаніе заняться полезнымъ, но постороннимъ дѣломъ, какъ рѣдко встрѣчаются и средства и умѣнье, чтобы его подвинуть изъ области разговоровъ къ осуществленію, какъ нелегко пріискать надежныхъ людей, которымъ можно довѣрить ремесленное образованіе,-- тотъ пойметъ, что всякое лишнее стѣсненіе, въ видѣ даже пустой формальности, можетъ отклонить охотниковъ отъ несомнѣнно полезнаго начинанія. Не будетъ ли пугать всякаго эта перспектива мытарствъ, которыя влечетъ за собою предположеніе завести ремесленную школу,-- предположеніе по- видимому столь опаснаго свойства, что только высшая инстанція въ Петербургѣ и даже посторонняго министерства -- одна способна обсудить: дозволительно ли привести его въ исполненіе...
Не можемъ не выразить желанія, чтобы предметъ этотъ подвергся новому и тщательному обсужденію.
Другой циркуляръ (Главнаго Управленія по дѣламъ печати), напечатанный въ No 138 "Москвы," относится до торговли при учебныхъ заведеніяхъ книгами, получаемыми ими на коммиссію. Министерство народнаго просвѣщенія, съ которымъ Министерство внутреннихъ дѣлъ сдѣлало сношеніе о замѣченномъ имъ несоблюденіи училищами правилъ закона о печати, запретило имъ вообще продажу книгъ, разрѣшивъ только продажу учащимся одобренныхъ учебниковъ.
Итакъ, пріобрѣтеніе книгъ въ мѣстахъ, гдѣ нѣтъ книжныхъ давокъ (а ихъ не мало на обширномъ пространствѣ Россіи!), еще болѣе затруднено. Какой же къ такому распоряженію поводъ? Если могли быть какія-либо злоупотребленія одного лица, то всего бы проще подвергнуть его взысканію или ограниченію, не принимая общей мѣры по частному случаю,-- мѣры, которая во всякомъ случаѣ должна тяжело отозваться на ходѣ нашего просвѣщенія. Пустѣйшія газетки, часто весьма сомнительнаго направленія, будутъ доходитъ въ разныя захолустья, а дѣльной книги достать будетъ не откуда! Но въ чемъ же состояли нарушенія закона о печати учебными заведеніями, продававшими книги присылаемыя имъ на коммиссію? Въ 25 и 26 ст. III отд. закона 6 апрѣля 1865 г. (на несоблюденіе коихъ ссылается циркуляръ) говорится о порядкѣ открытія книжныхъ магазиновъ плавокъ; для сего требуется, какъ видно изъ сдѣланной въ 25-й ст. ссылки, чтобы лицо, желающее открыть продажу, получило на то дозволеніе отъ начальника губерніи и затѣмъ, въ силу 26 ст., заявило въ его канцеляріи, гдѣ именно будетъ находиться заведеніе и кого считать отвѣтственнымъ лицомъ. Замѣтимъ, что содержаніе книжныхъ магазиновъ по существующему положенію о пошлинахъ (ст. 4 п. 3) причислено къ торговымъ дѣйствіямъ, производимымъ безъ платежа пошлинъ.
Изъ этого кажется видно, что если лица учебнаго вѣдомства, находящіяся подъ его постояннымъ контролемъ, полагали, что они, какъ пользующіяся довѣріемъ правительства въ воспитаніи юношества, могли безъ особаго дозволенія, завѣдомо для всѣхъ, распродавать обращающіяся въ продажѣ книги, выписываемыя ими на коммиссію, то проступокъ этотъ легко было исправить; согласнѣе было бы съ общимъ стремленіемъ къ просвѣщенію указать имъ на соблюденіе изложенной формальности, если она необходима. Мы говоримъ -- формальности, потому что существеннаго значенія дозволеніе губернатора не могло имѣть для лицъ облеченныхъ довѣріемъ Министерства въ воспитаніи дѣтей. Понятно еще было бы обусловить подобную продажу-постановленіями педагогическихъ совѣтовъ (которые могли, бы и дѣлать разумный выборъ самихъ книгъ, допускаемыхъ въ обращеніи чрезъ посредство учебныхъ заведеній) или требованіемъ опубликованія отчета объ ихъ дѣйствіяхъ. Между тѣмъ нынѣ запрещена учебными заведеніями продажа чего бы то ни было кромѣ одобренныхъ учебниковъ; учрежденія, воспитывающія юношество, не настолько невидимому надежны, чтобы имъ довѣрить распространеніе книгъ между посторонними лицами, которыя однако, при большихъ издержкахъ, все-таки могутъ ихъ пріобрѣтать. Доброе начинаніе рушилось по несоблюденію формальности, которая, имѣя значеніе лишь для частнаго лица, едвали можетъ быть основательно примѣнена къ учрежденію правительственному, спеціально назначенному для дѣла образованія. Поводы къ распоряженію Министерства народнаго просвѣщенія намъ не извѣстны, но нельзя не сожалѣть, что оно выбрало именно путь стѣсненія для избѣжанія на будущее время замѣчаній Министерства внутреннихъ дѣлъ; сообразнѣе было бы съ его назначеніемъ изысканіе способовъ къ облегченію учебнымъ заведеніямъ добровольно принимаемаго ими на себя дѣла, во многихъ отношеніяхъ чрезвычайно полезнаго. Самый законъ 6 апрѣля изданъ для дарованія отечественной печати возможныхъ облегченій и удобствъ, и развитіе указанныхъ въ немъ началъ было бы конечно желательно. А между тѣмъ одно изъ средствъ для удобствъ печати, которое законодатель не могъ предвидѣть, но на которое навела живая потребность, нынѣ уничтожено...