ИСТОРИЧЕСКІЙ ОЧЕРКЪ *).
Статья вторая.
*) См. "Отеч. Записки" 1862 г. No 10-й: "По поводу нашихъ толковъ о народномъ образованіи".
IV.
Особенности политической жизни Англіи сказались очень сильно въ исторіи ея народнаго образованія. На континентѣ, въ однихъ государствахъ болѣе, въ другихъ менѣе, въ этомъ дѣлѣ самая важная роль принадлежала правительствамъ. И первоначальнымъ происхожденіемъ, и послѣдующимъ своимъ существованіемъ, континентальные университеты обязаны преимущественно государственной власти, и повсюду находятся болѣе или менѣе подъ ея сильнымъ вліяніемъ: государи учреждали ихъ, наблюдали за ними, давали имъ средства къ существованію. Вмѣстѣ съ университетами и всѣ прочія образовательныя средства на континентѣ находятся въ такомъ же отношеніи къ государственной власти: всѣ они -- въ большей или меньшей степени -- государственныя учрежденія, такъ-какъ и все народное образованіе -- дѣло государства. Въ Англіи -- наоборотъ; тамъ, до послѣдняго времени, народное образованіе не составляло государственнаго дѣла; учрежденія для этой цѣли не были государственными учрежденіями. Всѣ они (за немногими исключеніями, относящимися къ позднѣйшему времени) возникли, развились и существовали совершенно-независимо отъ правительства и не пользовались отъ него ничѣмъ, кромѣ тѣхъ общихъ выгодъ, которыя доставляетъ всѣмъ и каждому благоустроенный бытъ. Всѣ англійскія школы, большія и малыя, богатыя и бѣдныя, были учреждены частными лицами и обществами и постоянно сохраняли этотъ типъ общественныхъ и частныхъ учрежденій; въ ихъ жизнь и дѣятельность правительство не имѣло права вмѣшиваться и не обнаруживало притязаній на вмѣшательство. Такъ до послѣдняго времени въ Оксфордскомъ университетѣ крѣпко живетъ убѣжденіе, что правительство -- ни королева, ни парламентъ -- не имѣетъ права визитаціи университета {Въ 1647 году Оксфордскій университетъ оспаривалъ это право парламента на томъ основаніи, что "онъ не можетъ признать инаго визитатора, кромѣ короля или лица, прямо отъ него присланнаго!). Но изъ этого не должно еще заключать, чтобъ право самого короля на визитацію не было спорнымъ. Въ томъ же 1647 году извѣстный Вильямъ Прайнъ (Prynne) написалъ цѣлый трактатъ ("The University of Oxford Plea refuted"), въ доказательство того, что король не имѣетъ права визитировать Оксфордскій университетъ. Съ юридической точки зрѣнія этотъ вопросъ до настоящаго времени -- спорный, и еще въ 1851 году была представлена королевѣ петиція отъ университета, въ которой отвергалось право визитаціи.}; если университетъ и принимаетъ по временамъ правительственныхъ коммиссаровъ, то это дѣлается не иначе, какъ съ его согласія, хотя бы и не выражалось прямо. Гдѣ же на континентѣ можно встрѣтить что-нибудь подобное?
Въ разнообразныхъ особенностяхъ англійской жизни заключается главная трудность ея пониманія. Въ дѣлѣ англійскаго народнаго образованія ко всѣмъ прочимъ трудностямъ присоединяется еще одна, ему исключительно принадлежащая. На первый разъ покажется, что, по крайней мѣрѣ въ послѣдніе годы, совершилось въ этой сферѣ явленій важное преобразованіе, значительно, повидимому, приблизившее англійскія учрежденія къ континентальному типу. Заведено что-то похожее на континентальныя министерства народнаго просвѣщенія; явились какіе-то инспекторскіе дистрикты, напоминающіе какъ-будто континентальные учебные округи; явились многочисленные инспекторы, круглый годъ разъѣзжающіе изъ школы въ школу; явились отчеты, вѣдомости, протоколы -- канцелярская дѣятельность съ обширнымъ письмоводствомъ; въ государственномъ бюджетѣ стоитъ громадная цифра, означающая количество фунтовъ, ежегодно отпускаемыхъ для содѣйствія народному образованію; явился правительственный контроль надъ школами; наконецъ -- и это на первый разъ всего поразительнѣе -- въ литературѣ, въ журналистикѣ англичане безпрестанно твердятъ о правительственномъ вліяніи на народное образованіе, о желаніи правительства взять это дѣло въ свои руки, говорятъ объ этомъ съ ужасомъ, какъ объ угрожающемъ злѣ, противъ котораго надобно бороться. Что же это такое? Неужели въ самомъ дѣлѣ Англія желаетъ или думаетъ, по крайней мѣрѣ въ этомъ дѣлѣ, прировняться къ континенту, принятъ его привычки, порядки и устройство?
Такъ только можетъ показаться съ перваго взгляда. Намъ помнится, что еще очень недавно у насъ слышались голоса, предсказывавшіе Англіи необходимость въ близкомъ будущемъ познакомиться съ прелестями французской централизаціи. Можемъ сказать, что подобнаго рода сужденіе основывается на впечатлѣніяхъ, получаемыхъ съ перваго раза и недостаточно провѣряемыхъ. Отъ административной централизаціи, отъ бюрократическаго контроля, отъ всякаго рода вліяній сверху, Англія вполнѣ обезпечена всѣмъ развитіемъ своей политической и общественной жизни, всѣмъ ихъ строемъ, всею массою понятій, чувствъ, убѣжденій ея народа. Подъ вліяніемъ той среды, которая называется англійскимъ обществомъ, подъ вліяніемъ тѣхъ элементовъ, изъ которыхъ состоитъ оно, всякое явленіе, какъ бы ни напоминало оно континентъ по нѣкоторымъ своимъ признакамъ, необходимо получаетъ свой отличительный характеръ, чисто-англійскій, своеобычный. Какъ континентъ многое заимствуетъ отъ Англіи, но на всякое заимствованіе налагаетъ свой собственный отпечатокъ, превращаетъ, напримѣръ, англійскій парламентъ въ какую-нибудь совѣщательную коммиссію, въ Schein-Parlament, какъ говорятъ нѣмцы; такъ и Англія, въ свою очередь, можетъ заимствовать кое-что и дѣйствительно заимствуетъ отъ континента, пользуется, напримѣръ, нѣкоторыми изобрѣтеніями континентальной бюрократіи; по только все это получаетъ на англійской почвѣ иной видъ, иное значеніе. Что здѣсь нерѣдко служитъ исключительно для пользы бюрократіи, то тамъ является новымъ вспомогатальнымъ орудіемъ въ рукахъ общества самодѣятельнаго, самоуправляющагося и самостоятельнаго. Въ континентальныя формы вливается содержаніе англійской жизни: оттого съ виду какъ-будто бы и то же, что на континентѣ, а въ сущности -- глубокое, поразительное различіе.
Характеръ разлившагося въ недавнее время правительственнаго вліянія на народное образованіе въ Англіи можетъ быть понятъ надлежащимъ образомъ только тогда, когда мы шагъ за шагомъ прослѣдимъ, какъ началось это вліяніе, чѣмъ оно было вызвано и какимъ путемъ оно шло. Исторія этого вліянія приготовитъ насъ къ ясному и отчетливому пониманію нынѣшней англійской системы народнаго образованія въ ея дѣйствіи.
До 1833 года мы напрасно искали бы въ англійской исторіи какихъ нибудь правительственныхъ мѣръ къ развитію, содѣйствію, распространенію или улучшенію народнаго образованія. Съ конца прошлаго столѣтія, со временъ Белля и Ланкастера, вопросъ о недостаточности существующихъ средствъ для образованія народа, о его грубости, невѣжествѣ, варварствѣ, о необходимости приступить къ энергическимъ мѣрамъ для распространенія необходимыхъ знаній въ народѣ -- былъ однимъ изъ наиболѣе живыхъ общественныхъ вопросовъ въ Англіи; но въ этой сферѣ все было предоставлено дѣятельности частныхъ лицъ, обществъ, въ особенности церкви, частной и общественной филантропіи, попечительности духовенства о религіозномъ просвѣщеніи народа. По временамъ раздавались голоса, требовавшіе правительственнаго участія, но долго не находили себѣ отзыва ни въ обществѣ, ни въ администраціи и законодательствѣ. Въ громадной массѣ англійскаго законодательства, до настоящаго времени, народное образованіе составляетъ предметъ, какъ будто совершенно позабытый; въ эту сферу не проникала мысль англійскихъ законодателей; для администраціи эта сфера также совершенно закрыта вплоть до 1833, или даже до 1839 года; до этого времени не видно ни одного органа, посредствомъ котораго правительство вносило бы свою дѣятельность въ эту сферу общественной жизни. Время отъ времени, кто нибудь изъ государственныхъ людей Англіи, извѣстный лордъ Брумъ напримѣръ, высказывалъ мнѣніе о необходимости приступить къ какимъ-нибудь законодательнымъ и административнымъ мѣрамъ; но подобныя мнѣнія очень долго не вели ни къ какимъ практическимъ результатамъ,_ не потому чтобы англійское правительство былыхъ временъ можно было обвинить въ апатіи, въ недостаткѣ заботливости о благосостояніи страны, а потому, что были на то весьма важныя причины, которыя, можетъ быть, разъяснятся изъ послѣдующаго изложенія.
Въ средніе вѣка народное образованіе въ Англіи, какъ и вездѣ въ Западной Европѣ, составляло предметъ исключительной заботливости церкви и духовенства. Объ этомъ мы уже упоминали въ нашей первой статьѣ, и тамъ же имѣли случай замѣтить, что эта система образованія имѣла въ виду почти исключительно цѣли, интересы и пользы церкви: потребность образованія долгое время не входила въ сознаніе, какъ потребность самостоятельная, какъ право человѣка; на образованіе смотрѣли только какъ на средство для посторонней цѣли. Этотъ взглядъ лежалъ въ основѣ всѣхъ первоначальныхъ церковныхъ учрежденій для народнаго образованія. Подобно тому, какъ въ послѣднія два столѣтія правительства учреждали повсюду кадетскіе корпуса и военныя школы для снабженія своихъ армій грамотными и свѣдущими въ военномъ дѣлѣ офицерами, такъ въ средніе вѣка церковь, единственное правильно-устроенное въ то время правительство, заводила школы для снабженія своихъ армій воинами Христа, грамотными и свѣдущими въ словѣ божіемъ.-- Тактикамъ въ арміи этой были и офицерскіе чины, и нижніе чины, то поэтому и образованіе, доставляемое церковью, имѣло свои ступени, свои разряды: высшія школы приготовляли въ офицерское званіе будущихъ членовъ духовной іерархіи; низшія имѣли своею цѣлью доставлять церкви простыхъ рядовыхъ. Такъ при англійскихъ соборныхъ церквахъ, мы видимъ, являются очень рано такъ называемыя пѣвческія школы, song schools, въ которыхъ, кромѣ церковнаго пѣнія, учили также и грамотѣ. Для бѣдныхъ власовъ долгое время это были единственныя средства получить какое нибудь образованіе; впрочемъ, потребность въ немъ даже и въ высшихъ сферахъ феодальнаго свѣтскаго общества чувствовалась весьма слабо.