— А если бы эти солдаты не согласились? Ведь неправда, что их было меньшинство. Многие из них были в толпе.
— Тогда бы мы двинули Красную гвардию. Руки у красногвардейцев чесались.
— Но ведь это было бы кровавое столкновение! Братоубийство!
— Нет, мы до этого не допустили бы.
В комнату вошли два солдата, ведя за собой уже известного Абраму и Гончаренко человека, который верховодил на погроме.
— Ишь, горлопан. Попался наконец, — сказал Абрам.
Арестованный имел наглое выражение лица: пьяные глаза его горели, а рот застыл в презрительной усмешке. Разорванная во многих местах рубаха его болталась тряпками, Его обыскали. Из карманов вытащили полдюжины запечатанных колод карт и около двух дюжин новых карманных часов — серебряных и стальных. Все часы была заведены и тикали наперебой.
— На что тебе все это? — спросил Драгин.
— Товарищам роздал бы. А мне на что?
— Ишь ты, какой благотворитель. Вот расстреляем тебя, чтобы не грабил больше.