— Ничего… Я шопотом.
— Лучше молчите, товарищ Драгин.
— Я только два слова… Может быть, умру. В кармане печать комитета… Возьми. Деньги… и секретные сводки… Передай там. Ух… Тяжело.
Раненый закрыл глаза. Гончаренко, исполняя его просьбу, тут же порылся в карманах платья, висевшего у изголовья. Достал печать, сверток бумаг, деньги. Обшарив все карманы, он из бокового извлек груду темных волос.
— Что это? — подумал Василий и вдруг вскрикнул: — Парик!
— Товарищ Драгин, это ваше?
Раненый с трудом открыл глаза.
— Мое.
Бешено заработала мысль Василия.
— Алексей Алексеевич! Кто вас подобрал раненого?