«За что воюем?»
В эти мгновения перед ним, как живые, рисовались и строгая фигура девушки, и загорелые лица ее друзей, и эти странные, колючие, острые, как лезвия сабель, слова о бесполезности, преступности войны.
«За что же на самом деле воевал я? — задавал себе все один и тот же вопрос Гончаренко. — Как не было у меня нечего, так и нет ни шиша. У офицеров погоны есть, оклады, у помещиков — земли, у богачей-фабрики, заводы, деньги, у крестьян — земля, домашность, а у меня — ни кола, ни двора… Так за что же сражался я?.. За своих ближних, за родину? — подсказывало его сознание привычную мысль. — А кто такие мои ближние? — тут же возражал сам себе Гончаренко. — На что им нужна война? Что они от врага защищают? Или…»
Но не мог Гончаренко ответить на эти вопросы, и больно становилось ему за себя и обидно, почему он тогда не дослушал эту сероглазую умную девушку, этих горячих людей, в искренности слов которых он уже, казалось, не сомневался.
Время шло.
Чем ближе подходил день выписки из госпиталя, тем пасмурнее и раздражительнее становился Гончаренко. Проклятый вопрос о войне не стал давать ему покоя ни днем, ни ночью.
* * *
— Сегодня митинг будет, — сказал сосед по койке. — О революции говорить будем… красота!
— Когда? — с живостью спросил Гончаренко.
— А вот попьем чайку, да и во двор. Митинг там будет. Народу-то наберется — тьма-тьмущая.