— Нанял один… а на дурницу лезут трое… А еще благородные офицеры… Было не задавили. Стервецы… — Проститутка кричит в двери. Голос у нее грубый: — Иван, пришли, дружок, пальтишко. Да скажи сволочам, чтобы еще три рубля заплатили. На дурницу нету.
— Чаго — раздался слабый голос из–за дверей.
Проститутка остановилась и ждала в воинственной позе, подбоченясь.
У поворота на базарную площадь они наткнулись на неподвижную фигуре казака, распластавшегося в пыли. Луна сверкала в серебре гозырей, на серебряной рукоятке сабли.
— Мертвый, что ли, пробормотал Амо. Он нагнулся к казаку: — нет, храпит, несет спиртом, нализался–то как.
— Э, проснись, чурбан, толкнул ногой сонного Федор. Но казак, кроме храпа, не подавал никаких признаков жизни.
Завернули на базарную площадь. Площадь была пустынна и безлюдна. Но возле церкви все трое заметили целый ряд странных сооружений.
— Точно стропила для постройки дома, — подумал Борин.
— Уж не дом ли новый строит кто? — сказал Федор.
Подошли ближе. Высокие балки с перекладинами…