С его отъездом стало не то. На другой же день по его отбытии Анфиса Захаровна заявила дочери, что в церковь они не поедут.
-- Не рука нам без самого-то... Как одним бабам...
-- Ну, матушка, ничего! -- просительно протянула Катя.
-- Нет, нет! Да и что за праздник сегодня?
-- А в воскресенье поедем?
-- Там видно будет.
На том разговор и покончился, но боярышня почему-то была уверена, что в воскресенье непременно поедут, а стало быть -- при этой мысли щеки ее румянились -- она повидает "его", Сашу Турбинина, как привыкла она называть про себя молодого боярина.
В субботу она и спать легла с тою мыслью, что завтра едут в церковь. Поутру она проснулась раньше обыкновенного и тотчас же поднялась.
-- Матушка! Я сбираться буду.
-- Куда еще?