-- Я знаю, что вамъ нельзя теперь бѣжать изъ города. Но еслибъ вамъ удалось укрыться на время гдѣ нибудь въ глухомъ мѣстѣ, пока не пройдетъ буря, то вы можете сдѣлать это потомъ. Донъ Гарчіа говоритъ, что теперь происходятъ такіе горячіе поиски лютеранъ, что каждый человѣкъ, который не въ состояніи представить удовлетворительныхъ доказательствъ своей благонадежности, можетъ быть обвиненъ въ принадлежности въ этой проклятой сектѣ. Но это не можетъ продолжиться вѣчно; мѣсяцевъ черезъ шесть паника пройдетъ. А эти шесть мѣсяцевъ вы можете провести въ безопасности, скрываясь на квартирѣ моей прачки.
-- Вы такъ добры...
-- Слушайте меня. Я все устроила. И разъ вы тамъ, я позабочусь, чтобы вы ни въ чемъ не нуждались. Это въ Мореро {Мавританская часть города.}; домъ скрытъ въ цѣломъ лабиринтѣ улицъ и въ немъ есть комната, которую не скоро розыщутъ.
-- Какъ я найду его?
-- Вы видѣли хорошенькую дѣвушку, которая вошла съ моею Инесой? Пепе, сынъ моей прачки, готовъ положить свою жизнь за нее. Она скажетъ, что вы желаете скрыться на время, такъ какъ завололи своего соперника въ любовномъ дѣлѣ.
-- О, донна Инеса? Я!.. почти монахъ!
-- Ну, что же, не смотрите на меня съ такимъ ужасожъ, другъ мой! Что же мнѣ оставалось дѣлать? Вѣдь не могла же я даже намекнуть на истину; тогда, будь мои руки полны дукатами, я не заставила бы ихъ сдѣлать и одного шага въ вашу пользу. Поэтому я не постыдилась изобрѣсти это преступленіе, въ которому они отнесутся сочувственно и окажутъ вамъ помощь.
-- Какъ странно,-- сказалъ Карлосъ.-- Если я преступилъ Божью заповѣдь и отнялъ жизнь, они съ радостью готовы спасти меня; но еслибъ они только подозрѣвали, что я прочелъ Слово Его на родномъ языкѣ, они предали бы меня на смерть.
-- Жуанита добрая христіанка,-- замѣтила донна Инеса,-- и Пепе честный паренъ. Но можетъ быть вы встрѣтите больше сочувствія въ старой вѣдьмѣ, которая мавритаеской крови и, какъ говорятъ, лучше знаетъ Магомета, чѣмъ свой молитвенникъ.
Карлосъ отрекся отъ всякаго сношенія съ послѣдователями лжепророка.