-- Сеньоръ донъ-Жуанъ, думали-ли вы о томъ, что передавалъ вамъ черезъ меня вашъ братъ?
Жуанъ посмотрѣлъ на него съ такимъ выраженіемъ, какъ будто этотъ вопросъ былъ совершенно излишній. Каждое слово изъ этого завѣта било запечатлѣно въ его сердцѣ. Вотъ что говорилъ Карлосъ: "мой Рюи, ты сдѣлалъ для меня все, что могъ, какъ лучшій изъ братьевъ. Предоставь меня теперь Богу, съ которымъ я скоро соединюсь въ мирѣ. Бѣги изъ этой страны при первой возможности; и да будеть съ тобою благословеніе Божіе".
Одно только Карлосъ просилъ монаха сохранить въ тайнѣ отъ своего брата. Онъ ничего не долженъ знать о пыткѣ. Фра-Себастіанъ сдержалъ свое обѣщаніе. По его объясненію, Карлосъ медленно угасалъ только подъ вліяніемъ долгаго, томительнаго заточенія.
-- Онъ желалъ, чтобы вы уѣхали,-- началъ онъ опять. Они молча посмотрѣли другъ на друга.
-- Все ужасное здѣсь возможно,-- сказалъ наконецъ донъ-Жуанъ.-- Я не тронусь изъ Севильи ранѣе, какъ послѣ ауто-да-фе, что бы ни случилось. Теперь я долженъ подумать о васъ. Я знаю человѣка, который провезетъ васъ въ лодкѣ нѣсколько миль вверхъ по рѣкѣ; потомъ вы наймете лошадь,
Ни самое путешествіе, ни поводъ въ нему, не представляли ничего привлекательнаго для бѣднаго монаха. Но дѣлать было нечего. Жуанъ передалъ ему еще нѣсколько наставленій насчетъ дорогм и поставилъ передъ нимъ хлѣбъ и вино.
-- Подкрѣпите свои силы,-- сказалъ онъ.-- А я пока пойду похлопотать насчетъ лодки. Я могу написать Долоресъ по возвращеніи.
Все было сдѣлано, какъ онъ предполагалъ; и задолго до разсвѣта фра-Себастіанъ былъ уже далеко на пути къ Нуэрѣ, съ зашитымъ въ его рясѣ письмомъ къ Долоресъ.
VIII. Ужасное зрѣлище
На разсвѣтѣ 22-го сентября 1559 г. Жуанъ занялъ мѣсто въ верхней комнатѣ одного изъ высокихъ домовъ, откуда открывался видъ на ворота Тріаны. Онъ нарочно нанялъ ее у хозяина дома, уговорившись, чтобы никто не нарушалъ его одиночества.