Тутъ Карлосъ сталъ разсказывать ему, хотя уже не въ первый разъ, но подробнѣе,-- о судьбахъ реформированной церкви въ Испаніи.
Потомъ Карлосъ въ первый разъ разсказалъ всю исторію своей жизни. Прежде чѣмъ онъ дошелъ до половины своего разсказа, донъ-Жуанъ спросилъ его въ волненіи:
-- Знаетъ ли и любитъ ли слово Божіе мой сынъ Жуань Родриго?
Ранѣе Карлосъ старался съ возможною мягкостью обходить этотъ вопросъ. И до послѣдняго времени онъ не смѣлъ сказать правду, опасаясь, что какое нибудь неосторожное слово, сорвавшееся съ устъ старика, могло повредить Жуану, а также боялся, чтобъ кто нибудь не подслушалъ ихъ. И онъ склонился въ умиравшему и передалъ ему, что тотъ просилъ, едва слышнымъ шепотомъ.
-- Благодарю Бога моего,-- проговорилъ тихо донъ-Жуанъ. Теперь всѣ мои земныя желанія исполнены, кромѣ только одного, чтобы ты былъ въ безопасности. Но,-- прибавилъ онъ,-- выходитъ какъ-то не справедливо, что все одному Жуану, а тебѣ ничего.
-- Мнѣ ничего! -- воскликнулъ Карлосъ. И еслибъ не темнота комнаты, то его отецъ увидѣлъ бы, какъ просіяло его лицо.-- Отецъ мой, мнѣ выпала самая счастливая доля. Еслибъ даже все могло перемѣниться, я не промѣнялъ бы послѣдніе два года на лучшія земныя радости. Самъ Господь сдѣлался ноимъ удѣломъ, моимъ наслѣдіемъ въ странѣ живыхъ!
-- Кромѣ того,-- продолжалъ онъ, послѣ краткаго молчанія,-- развѣ я не увидѣлъ тебя, отецъ мой. И потому я радъ, что моему брату досталась доля земного счастья. Но всего удивительнѣе, что осуществленіе нашей дѣтской мечты выпало на долю мнѣ, слабѣйшему, а не мужественному Жуану, что робкому и слабому Карлосу суждено было найти нашего отца.
-- Слабому, робкому? -- повторилъ съ недовѣрчивой улыбкой донъ-Жуанъ.-- Я не могу себѣ представить, чтобы кто нибудь соединялъ эти понятія съ именемъ моего героя-сына... Карлосъ, нѣтъ-ли у насъ вина?
-- Въ изобиліи, отецъ мой,-- отвѣчалъ Карлосъ, сохранявшій и свою долю изъ отпускавшагося имъ, для надобностей своего отца.-- Ты скоро увидишь мать мою,-- сказалъ Карлосъ въ то время, какъ подносилъ къ его устамъ чашу вина, разбавленнаго водой.
-- Да,-- прошепталъ умирающій; -- но я не думаю объ этомъ. Гораздо выше... я увижу Христа.