-- Я же довольствуюсь мыслями, что всѣ эти годы онъ покоился во Христѣ и что мы его увидимъ, когда наступитъ день Славы Господней.
-- Но меня не удовлетворяетъ это. -- Мы должны постараться узнать болѣе.
-- Этого никогда не будетъ. Какъ мы можемъ? -- спросилъ Карлосъ.
-- Ты вѣренъ себѣ, братъ... Всегда съ твоими мрачными мыслями, готовый отказаться отъ первой цѣли.
-- Да будетъ такъ,-- отвѣчалъ со смиреніемъ Карлосъ.
-- Но я добьюсь того, что разъ рѣшилъ,-- сказалъ Жуанъ. Во всякомъ случаѣ, я заставлю высказаться моего дядю,-- продолжалъ онъ.-- Я всегда подозрѣвалъ, что ему извѣстно кое-что по этому дѣлу.
-- Но какъ это сдѣлать? -- спросилъ Карлосъ.-- Впрочемъ, дѣлай все что можешь, и да поможетъ тебѣ Богъ. Но только не забывай при этомъ,-- добавилъ онъ,-- то опасное положеніе, въ которомъ находимся мы и наши друзья, и потому будь остороженъ.
-- Не бойся, разсудительный братъ мой. Самый дорогой и лучшій братъ въ мірѣ,-- добавилъ онъ съ нѣжностью,-- еслибъ только у него было побольше смѣлости.
Продолжая разговаривать, они быстро повернули въ городъ, такъ какъ уже было поздно.
Послѣ того прошло нѣсколько недѣль, неотмѣченныхъ никакими особыми событіями. Зима уступила мѣсто веснѣ; запѣли птицы. При всѣхъ окружавшихъ ихъ опасностяхъ и тяжеломъ горѣ, которое чувствовалъ каждый изъ нихъ, послѣдователи новой вѣры въ Севильѣ не теряли бодрости и надежды.