-- Как повелишь, царь-государь...
Малюта исполнил в точности приказ царя: князь Черкасский был возвращен в слободу с дороги. Среди празднеств по случаю свадьбы царевича Ивана случилось страшное дело.
Мрачно было в темном кирпичном здании возле пруда, что звался между опричниками "царскими потешными хоромами". В сыром подземелье без света, без пищи, с неделю уже сидел князь Михайло Темрюкович. Самые лютые муки вынес он, но не сказал ни слова о том, как и чем и с кем извел он царицу. Молчал Михайло Темрюкович и на дыбе и на огне, только стонал глухо, как раненый зверь, и все его огромное тело сотрясали вздохи.
Царь спускался ежедневно в подземелье и ежедневно мучил узника сам, а когда тот стонал, он громко и радостно смеялся. Приближая искаженное злобою лицо к смертельно бледному лицу князя, он шептал:
-- Так мучается там и царица.
А Малюта, исполнявший роль палача, все тем же спокойным, размеренным голосом спрашивал:
-- Поведай государю, с кем во дворце ты сговаривался?
Князь только глухо стонал.
Была ночь. Князь Черкасский лежал ничком на каменном полу и не в силах был подняться.
Все тело его было раздроблено, истерзано, изранено. Под ним чернела лужа крови. Он не приподнял головы даже тогда, когда лязгнул запор, послышался визг отпираемой двери, шаги, говор. С тупою покорностью ждал он новых мук.