-- Василия.
-- Для чего, государь мой, для чего им младенца губить? -- с тоскою вырвалось у Марии.
Иван еще ближе подвинулся к ней.
-- Для чего губить? Извести весь род хотят, род царский... Помру я -- сын мой будет на царстве, помрет один, будет другой... коли никого не останется... станут они, псы смрадные, холопы, на царском месте сидеть, лапами холопскими за бармы, ожерелье хвататься... холопы венец наденут... ха, ха, ха...
Иван смеялся тонким заливчатым смехом, и смех этот был страшнее, чем его гневный окрик.
Мария дрожала мелкой дрожью. В широко раскрытых глазах ее был ужас.
-- Государь... -- прошептала она, -- а кто... кто лиходеи наши?
Он тихонько положил ей руку на плечо и шепнул коротко:
-- Бояре!
-- Бояре? Кто из бояр?