Татьяну нашли у самой лестницы. Она долго вырывалась, неистово билась о сруб и рыдала. Ударилась головою о бревно, полетела с высоты вниз на камень и потеряла сознание.
Сруб разнесли. В суматохе раздавили немало людей, а кто остался жив, бежал в непроходимые дебри лесные. Почти никто не вернулся в родную деревню.
Татьяну принесли домой чуть живую, без сознания. На виске виднелась маленькая рассеченная ранка.
В тот же вечер Аленушка, перебегая сени, наткнулась в углу на черную тень, метнувшуюся от нее с испугом в потемках.
-- С нами крестная сила! Уж не пришел ли кто из раскольников мстить, не сбирается ли зарезать ее, Аленушку, за то, что выдала, или спалить боярские хоромы?
Крик замер у девочки на губах. Кто-то схватил ее за руку.
-- Нишкни. Христа ради... Нешто не признала? Это я, Вася Кудрявич.
-- Для чего ты по углам хоронишься?--спросила Аленушка, дрожа всем телом.
И опять зазвучал молящий шепот:
-- Хлебца дай, родимая, ради господа, прошу... Замаялся я... оттуда, от сруба убег... Не под силу... жизни жаль... Живы ль там матушка, Любаша?