Тут он добрался до ее алых сочных губ.
-- О-це добре дило!
-- Здравствуйте вам, диду з бабкою! Доброго здоровячка молодым! Усе бы так кохалыся, тай миловалыся, и не ухватом благословлялыся!
Смеющееся лицо показалось в двери. Остап недовольно оторвался от губ Оксаны.
-- Що тебе треба?
-- Та идить на раду!
12
На раду к кошевому атаману понаехало видимо-невидимо казаков. Кругом тына было море лошадиных голов; скрипели возы с добром, -- подношениями посполитых, мычали волы, ярким полымем маячили по двору и по улице алые едаманы {Едаманы -- красная суконная национальная одежда казаков того времени.} зажиточных казаков и желтые сафьянные сапоги. И опять Миюска был тут как тут, бродил между конскими мордами, хвастался тем, что он самый ближний человек к царевичу, и брал от всех посулы. И видя море голов, собравшихся из-за него, слыша гомон и крик толпы, Симеон твердо решился послушаться Миюску и держаться за имя царевича до конца.
Он пошел в церковь.
Гудела толпа казаков-радников; небывалое дело случилось на Сечи. Из окна церкви видел Симеон, как повели по двору под крепким караулом обезоруженных царских послов. На возвышении посреди двора стоял Серко, бледный и торжественный.