Псковичи жаловались на преемника Ордина-Нащокина, воеводу псковского, чванливого болтуна князя Хованского, который давил "маломочных" торговых людей и поддерживал богатых купцов.
Они говорили все разом, так что их едва можно было понять, о пошлинах, о праве на торговлю, о разных притеснениях.
-- Заступись... будь отцом родным...
-- Не волочиться бы нам по судам...
-- К,кому на Москве сунешься?
Боярин принял жалобы и выпроводил просителей.
И пока новгородцы давали ему отчет о своих торговых делах, он думал, что непременно выполнит свой старый псковский план о выдаче казенных ссуд "маломочным" торговым людям, чтобы помочь им вскладчину вести торговлю наравне с крупными купцами -- "тугими мошнами" {Прототип будущих кооперативных товариществ.}. Этим думал Ордин-Нащокин поддержать высокие цены за границей на русские товары.
И как бы продолжая свою мысль, он сказал новгородцам, просившим его о понижении пошлин:
-- Никак этого невозможно. У меня одна забота: как бы поднять казенную прибыль, и вы к этому держите думу: чтобы свое не уступить, старайтесь купить выгоднее, в пору, берегите товары от порчи. Вон в прошлом году гости наши всю икру сгноили. Какой убыток! Помните одно: каждый из нас должон иметь ту же заботу: поднять бы нам свои промысла и торговлю над промыслами и торговлею чужеземною. Помнить надобно: коли ты не завоюешь, тебя завоюют; коли ты не слопаешь -- тебя слопают.
Новгородцы вполголоса робко жаловались: