Торговля. Две области, которые, по-видимому, раньше всех начали вести торговлю с другими странами, были Галисия и восточная часть Кантабрии (Баскские земли). Моряки кантабрийского побережья в эпоху крестовых походов поддерживали торговые связи с портами Северной Европы и Англии и вывозили в эти страны товары из Кастилии, Наварры и Арагона.
Испанские вина издавна высоко ценились в Европе. В середине XIII в. (1254 г.) уже заключались в таможнях Фландрии и Германии торговые соглашения о ввозе испанских товаров.
После завоевания Севильи не менее активную торговлю стали вести и через южные порты. Фернандо III предоставил жителям квартала Франкос, купцам право свободно покупать и продавать свои товары и способствовал учреждению торговых бирж с инспекторами, назначавшимися короной. Создание морского флота Фернандо III и постройка судоверфей в Севилье и других пунктах в немалой степени способствовали росту торгового флота, основы испанской внешней торговли.
Внутренняя торговля все еще парализовалась многообразными провозными пошлинами, которые взимали сеньоры и короли, торговыми привилегиями монастырей и дворян и бесчинствами разбойничьих банд. Короли предпринимали меры для устранения этих помех. Они отменяли некоторые пошлины и сборы, вели борьбу с разбойниками, опираясь на помощь военных орденов и эрмандад вольных городов, и открывали ярмарки в крупных городах в определенное время года, с тем чтобы купцы и покупатели из различных мест страны могли собираться в определенных пунктах. Подобная мера была в те времена необходима не только для того, чтобы облегчить торговые операции непосредственно на рынке, но и создать гарантии безопасности при передвижении на больших дорогах. Естественно, что купцы подвергались меньшему риску, когда путешествовали большими группами, направляясь в определенное время на ярмарки. Как общее правило, участникам ярмарок, как христианам, так и маврам, и евреям, предоставлялись чрезвычайные привилегии и гарантии.
В VIII–X вв. в христианских королевствах торговые сделки совершались главным образом путем натурального обмена. С расширением международных отношений усилилось денежное обращение; деньги были, как правило, иностранного происхождения мавританские добли, меткали, флорины, которые попадали в обращение через иноземных купцов или благодаря периодическому поступлению дани и податей от мавров. Известно, что короли Леона имели собственную монету уже в 1020 г., однако в большом количестве монету стали чеканить в Кастилии лишь после взятия Толедо, в конце XI в. Эти монеты со знаком креста и монограммой Христа чеканились по образцу альморавидских монет ( морабити ). В правление Фернандо II Леонского и Альфонса IX чеканились золотые монеты( maravedises ). Альфонс VIII не только принял в качестве образца альморавидские динары, но и чеканил свои деньги (так называемые динары-альфонси) с арабской легендой. Золотая монета называлась также мискаль. Через некоторое время на обратной стороне монеты появляется изображение замка (герб Кастилии); когда Кастилия и Леон объединились, на одной стороне монеты изображается замок, а на другой — лев (герб Леона). Чеканка монет была особой прерогативой короля, который имел свой монетный двор. Однако известно, что собору в Сантьяго и различным монастырям на правах чрезвычайного пожалования разрешалась чеканка собственной монеты.
Культура. С XI в. рост политического значения христианских королевств, укрепление связей с Францией, Англией и Италией и, наконец, более тесный контакт с арабской и мосарабской культурой южных территорий полуострова способствовали и энергичному росту культуры в северных испанских землях. Значительное влияние на развитие культуры оказывали следующие элементы: латинский, сохранившийся еще с римских времен и усиленный благодаря общению с европейцами, которые, начиная с XI в., в большом количестве проникают в Испанию, участвуют в осаде Толедо и оседают во многих городах страны и в клюнийских монастырях, и восточный. Носителями восточных влияний являлись мудехары, мосарабы и отчасти итальянцы и французы, которые, воспринимая арабскую культуру, переносили ее особенности в несколько измененном виде в Северную Испанию. Слияние обоих элементов дало начало испанской культуре, которая зародилась в XI–XII вв. и достигла значительных успехов в XIII в., особенно в конце этого столетия. Страсть к знанию и к распространению знаний особенно ярко проявляется в изобразительном искусстве (миниатюры рукописных кодексов, витражи, фрески и т. д.), где преобладание получили символические и дидактические мотивы. Возрастает значение книги. Известно, что уже в 1044 г. за одну рукопись давали несколько домов и виноградников. Рукописи выставляли напоказ в церквах, причем их прикрепляли цепями во избежание покражи и старались их сохранить, заключая в драгоценные переплеты из золота и серебра. Все это, впрочем, свидетельствует и о том, что рукописи были немногочисленны и дороги. Тем не менее в монастырях во многих экземплярах хранились произведения латинских авторов. Влияние чужестранцев сказывается с большой силой после завоевания Толедо. Альфонс VIII пригласил в Палепсию преподавателей из Франции и Италии. Причем в этот период заметно преобладание европейской культуры над арабской, хотя последняя все еще продолжала оказывать влияние на кастильцев.
Университеты. Альфонс VIII в 1212 или 1214 г. основал в Паленсии университет, называвшийся Estudios generates, пригласив преподавателей из Италии и Франции. Паленсийский университет отличался от итальянских и французских университетов, возникших во второй половине XII в. и в начале XIII в., тем, что он был создан непосредственно королем (это было первое государственное учебное заведение на полуострове) и что в программу его не входили богословские науки, которые стали преподаваться в испанских университетах лишь в XV в. Паленсийский университет был недолговечен. Он просуществовал только 31 год. Спустя некоторое время Альфонс IX Леонский основал новый университет в Саламанке. Саламанкский университет находился под покровительством короля и содержался за счет казны, причем корона стремилась не допустить вмешательства папы и различных духовных конгрегаций в дела университета. Короли долгое время противились допуску представителей папы ( conservadores и maestrescuelas ) в университеты Однако они вынуждены были искать у пап поддержки для того, чтобы добиться для выходцев из университета права преподавания во всех странах Европы (это право предоставлялось лишь особыми папскими буллами). Саламанкский университет, основанный в 1215 г., получил новые привилегии в 1243 г. и утвержден был папской буллой в 1255 г. Альфонс IX основал в Вальядолиде высшую школу на базе духовных учебных заведений, созданных в 1095 г. графом Ансуресом. Король выдал новому учебному заведению 10 000 мараведи и назначил преподавателей права и других дисциплин.
С этого времени была создана система высшего образования в Кастилии.
Язык. В соответствующем разделе, посвященном характеристике языка северных областей полуострова в первые столетия реконкисты, уже указывалось, что, несмотря на то, что официальным языком в то время оставалась, латынь, не только народ, но и культурные слои (судя по текстам документов) говорили на языке, в котором латинские слова перемежались с существенно новыми словами, языке, бывшем основой диалектов романсе[127].
Прослеживая изменения или эволюцию языка до конца XI в., можно отметить, что уже к этому времени сформировался кастильский язык или романсе Кастилии, точно также, как и галисийский язык и другие диалекты в западных и центральных областях полуострова. Подобный процесс имел место одновременно на всех христианских территориях этой части страны и особенно в тех местностях, где в меньшей степени сохранились древние туземные языки. Кастильский язык не был диалектом, привнесенным галисийскими и астурийскими воинами, которые могли распространять его по мере своего продвижения к югу, поскольку известно, что возникновение романсе началось еще в вестготскую эпоху и притом в южных областях. В известной мере на формирование романсе оказали влияние мосарабы, которые внесли элементы арабской речи и при этом не только отдельные арабские слова, но и ряд оборотов и идиоматических форм (эти формы отмечаются во многих документах, писанных христианами на романсе). Мосарабы ввели в романсе смешанные слова, изменили написание имен и содействовали особенностями своего собственного диалекта, весьма сходного с кастильским, стабилизации местных диалектов романсе.