Встрѣча его съ вѣчно озабоченнымъ изобрѣтателемъ была довольна оригинальна.
-- Я не скоро забуду,-- разсказывалъ Рикальтонъ,-- какъ меня принялъ Эдисонъ.-- Когда я вернулся въ его лабораторію, я вѣдь только-что объѣхалъ половину земнаго шара, проѣздилъ годъ времени, пережилъ много опасностей и истратилъ столько денегъ, сколько иной труженикъ во всю жизнь не заработаетъ. Когда я вошелъ въ лабораторію, Эдисонъ торопливо прошелъ мимо меня, улыбнулся, пожалъ мнѣ руку и спросилъ на ходу: "ну что, нашли?"-- Только я его видѣлъ...
Рикальтонъ и до сихъ поръ не знаетъ, воспользовался ли Эдисонъ найденнымъ имъ бамбукомъ или нѣтъ. Ему сообщили, что Эдисонъ занимался тогда какимъ то искусственнымъ волокномъ, которое ему казалось лучше бамбуковаго.
Эдисонъ никогда не говорилъ, что электрическое освѣщеніе имъ изобрѣтено. Но онъ считаетъ, что недодуманныя теоріи и незрѣлыя попытки своихъ предшественниковъ онъ первый облекъ въ простую, цѣльную и практичную форму, благодаря которой электрическое освѣщеніе превратилось изъ красиваго лабораторнаго опыта въ общеполезное дѣло.
Зимою 1880 года въ Менло-паркѣ была первая публичная выставка новой электрической лампы. Цѣлыми поѣздами стекались въ лабораторію Эдисона гости со всѣхъ концовъ Соединенныхъ Штатовъ, привлекаемые или любопытствомъ, или коммерческимъ интересомъ.
Эдисонъ расположилъ семьсотъ лампъ по парку и постройкамъ, проводя токъ воздушными и подземными проводами, для того чтобы показать возможность устройства уличнаго освѣщенія.
Капиталисты образовали общество для производства и распространенія калильныхъ лампъ, и двухсотъ-рублевыя акціи этого общества скоро продавались по шести тысячъ рублей.
Вскорѣ ужъ Эдисоновская система электрическаго освѣщенія появилась на выставкахъ въ Парижѣ и въ Лондонѣ, гдѣ ей присуждено было пять золотыхъ медалей и почетный дипломъ -- высшая награда выставки. Въ Лондонѣ, гдѣ въ то время была электрическая выставка въ извѣстномъ Хрустальномъ Дворцѣ, Эдисонъ выставилъ громадный электрическій канделябръ необыкновенной красоты, работы Верите и К°. Онъ изображалъ корзину, полную всевозможными цвѣтами, отъ скромной гвоздики, до красиваго нарцисса, причудливой орхидеи и золотого подсолнуха. Между нѣжно окрашенными лепестками цвѣтовъ (которыхъ было болѣе-350) или въ густой листвѣ были скрыты десятки калильныхъ лампочекъ, такъ что общій эффектъ ярко освѣщеннаго букета былъ просто волшебный.
И на другихъ выставкахъ, въ Мюнхенѣ, Вѣнѣ, Филадельфіи, Миннеаполисѣ и др., тихій, мягкій и ровный свѣтъ Эдисоновскихъ лампочекъ производилъ на всѣхъ зрителей наилучшее впечатлѣніе.
На Парижской выставкѣ 1889 года, гдѣ Эдисону было отведено большое мѣсто, сплошь занятое его многочисленными изобрѣтеніями, онъ въ центрѣ поставилъ огромную модель калильной лампы, вышиной въ семь сажень, шаръ которой былъ составленъ изъ двадцати тысячъ настоящихъ калильныхъ лампочекъ, заливавшихъ свѣтомъ все зданіе выставки.