Эта услуга, оказанная Эдисономъ, доставила ему нѣкоторую извѣстность и еще болѣе возвысила его въ мнѣніи другихъ; благодаря этому, ему нетрудно было найти въ Портъ-Гуронѣ мѣсто телеграфиста. Но неспокойный характеръ его не давалъ ему долго засиживаться на одномъ мѣстѣ; столкновенія съ товарищами, злобныя и; несправедливыя обвиненія его завистливыхъ начальниковъ, иногда также упущенія по службѣ, вызываемыя его чрезмѣрнымъ увлеченіемъ собственными изслѣдованіями и опытами -- все это были причины, заставлявшія Эдисона часто мѣнять мѣстопребыванія. Такимъ образомъ на семнадцатомъ году жизни мѣсто дѣятельности его переносится послѣдовательно въ Адріанъ, Фортъ-Уайнъ, Индіанополь, Цинциннати и Мемфисъ. Всюду его товарищи и начальники не могутъ не оцѣнить его знанія телеграфнаго дѣла, и всюду онъ неустанно работаетъ надъ усовершенствованіемъ телеграфныхъ аппаратовъ и надъ расширеніемъ собственныхъ свѣдѣній о свойствахъ электрическаго тока. Ко времени его пребыванія въ Индіанополѣ относится одно изъ его первыхъ изобрѣтеній -- автоматическій передатчикъ,-- при помощи котораго депеша передается съ одной электрической цѣпи на другую автоматически, безъ содѣйствія телеграфиста.
Въ томъ первоначальномъ видѣ, въ какомъ Эдисонъ пользовался своимъ изобрѣтеніемъ въ Индіанополѣ. оно служило ему для другихъ цѣлей. Оно вытекало изъ практической необходимости всѣ поступающія съ большой скоростью политическія телеграммы сейчасъ же переписывать слово въ слово для редакціи таможенной газеты. Эдисонъ тогда еще не умѣлъ писать съ той необычайной быстротой, какую онъ пріобрѣлъ нѣсколько лѣтъ спустя; несмотря на всѣ усилія, ни онъ, ни его товарищъ совершенно не успѣвали записывать телеграммы съ той скоростью, съ какой слова передавались телеграфнымъ аппаратомъ. Тогда Эдисонъ придумалъ такое соединеніе двухъ телеграфныхъ аппаратовъ, при которомъ телеграммы, поступавшія черезъ первый аппаратъ со скоростью 40--50 словъ въ минуту, передавались черезъ второй аппаратъ со скоростью 20--30 словъ въ минуту. Благодаря такому устройству оба телеграфиста совершенно спокойно и точно успѣвали записывать всѣ телеграммы. Никто не подозрѣвалъ объ этой выдумкѣ, которую они держали въ глубочайшемъ секретѣ; точность ихъ записей приводили начальника телеграфной станціи въ полное удовольствіе,-- но онъ ничего не могъ замѣтить. Долгое время все шло хорошо, по въ концѣ концовъ и эта хитрость Эдисона открылась, и онъ немедленно былъ уволенъ отъ должности.
Онъ отправился въ Цинциннати, гдѣ сейчасъ же получилъ мѣсто дневнаго телеграфиста съ жалованьемъ въ шестьдесятъ долларовъ въ мѣсяцъ. Вскорѣ послѣ поступленія его на службу союзъ Цинциннатскихъ телеграфистовъ устроилъ у себя собраніе, послѣ котораго вечеромъ была назначена пирушка для всѣхъ членовъ союза. Такъ какъ исполнявшіе ночную работу телеграфисты не явились въ эту ночь на службу, то Эдисонъ, не говоря ни слова, замѣнилъ ихъ и проработалъ всю ночь. Несмотря на это онъ на слѣдующее утро ровно въ восемь часовъ уже былъ на своемъ посту. Этотъ случай, доказывающій какъ услужливость Эдисона, такъ и его добросовѣстность въ исполненіи обязанностей, обратилъ на него вниманіе начальства и доставилъ ему повышеніе жалованья до 105 долларовъ въ мѣсяцъ. Ему поручили весьма важную телеграфную линію, которая вела отъ Нью-Іорка черезъ Цинциннати въ Луисвилль, и тогда онъ имѣлъ случай постоянно состязаться въ умѣніи телеграфировать съ знаменитымъ Мартиномъ, завѣдывавшимъ станціей въ Луисвиллѣ и выдававшимся среди всѣхъ телеграфистовъ по быстротѣ и точности своей работы.
Страсть Эдисона къ странствованіямъ, а также желаніе найти болѣе доходное мѣсто побудили его оставить службу въ Цинциннати и пересилиться въ Мемфисъ въ штатѣ Теннесси, гдѣ телеграфистамъ платили 125 долларовъ въ мѣсяцъ. Управляющій телеграфной конторой въ Мемфисѣ работалъ тогда какъ разъ надъ изобрѣтеніемъ такого аппарата, при которомъ депеши, отправляемыя изъ Нью-Іорка въ Новый Орлеанъ, лежащій на другой телеграфной линіи, могли бы передаваться на эту линію автоматически, безъ помощи телеграфиста. Но всѣ его попытки не вели ни къ чему. Эдисонъ сразу увидалъ, что изобрѣтенный имъ въ Индіанаполѣ аппаратъ, автоматически передававшій прибывающую депешу въ замедленномъ темпѣ, могъ служить и для того, чтобы передать депешу съ одной линіи на другую. Нѣсколько сдѣланныхъ имъ опытовъ вполнѣ убѣдили его въ исполнимости этой задачи, и такимъ образомъ ему удалось установить прямое телеграфное сообщеніе между Нью-Іоркомъ и Новымъ Орлеаномъ. Успѣхъ его изобрѣтенія возбудилъ зависть въ его начальникѣ, опыты котораго оказались неудачными. Но такъ-какъ умѣнье и ловкость Эдисона и его добросовѣстность на службѣ не давали никакого повода придраться къ нему, то начальникъ не задумался возбудить противъ него ложное обвиненіе, которое повело за собою увольненіе Эдисона отъ службы.
На этотъ разъ потеря мѣста застала Эдисона въ наиболѣе неблагопріятную минуту. Незадолго передъ тѣмъ онъ послалъ значительную сумму денегъ родителямъ, которымъ всегда отдавалъ часть своего заработка; да и опыты его требовали большихъ затратъ. Такимъ образомъ, потерявъ мѣсто, онъ остался почти безъ всякихъ денежныхъ средствъ; къ тому же, при его крайней невнимательности къ собственной особѣ, и гардеробъ его находился въ очень жалкомъ состояніи. Но его молодость и энергія не давали ему падать духомъ, вопреки всѣмъ невзгодамъ. Онъ рѣшилъ отправиться въ Луисвиллъ и прошелъ пѣшкомъ почти полтораста верстъ; только конецъ пути ему удалось проѣхать даромъ по желѣзной дорогѣ.
Полуживой отъ холода, голода и усталости, въ разорванныхъ, почти лишенныхъ подошвъ сапогахъ, въ легкой лѣтней одеждѣ и съ соломенной шляпой на головѣ онъ отправился по покрытымъ льдомъ и снѣгомъ улицамъ Луисвилля въ телеграфную контору просить работы. Незнакомый проситель, въ жалкомъ и оборванномъ видѣ, не внушалъ довѣрія;-- но быстрота и отчетливость въ исполненіи пробныхъ работъ, которыя ему задали, сразу показали мастера дѣла и ему было дано мѣсто телеграфиста, положившее конецъ его нуждѣ.
Цѣлыхъ два года, съ семнадцати до девятнадцати лѣтъ, Эдисонъ прожилъ въ Луисвиллѣ. Его пребываніе тамъ разъ только было прервано на короткое время: наслушавшись преувеличенныхъ расказовъ о богатствахъ южной Америки, онъ вдругъ рѣшилъ переселиться туда и отправился въ Новый Орлеанъ. Къ счастью, его вовремя остановили благоразумные люди, хорошо знавшіе южную Америку; заѣхавъ на короткое время въ Портъ Гуронъ навѣстить своихъ родителей, онъ вернулся на прежнее мѣсто въ Луисвиллъ. Свои опыты и изслѣдованія въ области электричества онъ продолжалъ все съ тѣмъ же рвеніемъ и той же выдержкой; "онъ завелъ у себя цѣлую библіотеку по электричеству, въ которой можно было найти весьма серьезныя и значительныя сочиненія; онъ не переставалъ совершенствоваться въ искусствѣ переписыванья телеграммъ и довелъ его до скорости сорока пяти словъ въ минуту, такъ что какъ бы ни былъ искусенъ телеграфистъ, отправляющій телеграмму, онъ не могъ его смутить.
Въ концѣ концовъ его страсть къ опытамъ положила преждевременный конецъ и его пребыванію въ Луисвиллѣ. Служащимъ было строго запрещено не только сдвигать съ мѣста, но даже дотрагиваться до электрическихъ батарей и сосудовъ съ химическими жидкостями, служившими для пополненія послѣднихъ. Какъ-то ночью Эдисону понадобилось для какого-то опыта немного сѣрной кислоты, и онъ пошелъ за нею въ комнату, гдѣ стояли батареи. При этомъ онъ пролилъ на полъ часть сѣрной кислоты, которая просочилась въ помѣщавшійся подъ этой комнатой кабинетъ управляющаго и оставила крупныя пятна на его письменномъ столѣ и на коврѣ. Взбѣшенный начальникъ потребовалъ къ себѣ виновнаго и тутъ-же отказалъ ему отъ мѣста, замѣтивъ, что ему нужны телеграфисты, а отнюдь не экспериментаторы.
Проработавъ нѣкоторое время въ Цинциннати, Эдисонъ вернулся въ городъ, гдѣ жили его родители. Полтора года онъ провелъ въ Портъ-Гуронѣ, занимая при желѣзнодорожномъ телеграфѣ такое-же мѣсто, какое имѣлъ въ Луисвиллѣ. Онъ пріобрѣлъ себѣ благодарность управленія желѣзной дороги, придумавъ способъ пользоваться однимъ кабелемъ для двухъ одновременныхъ токовъ. Въ награду за это Эдисону былъ разрѣшенъ даровой проѣздъ въ Бостонъ, гдѣ ему предложили мѣсто при телеграфной конторѣ, названной по имени Франклина, изобрѣтателя громоотвода.
Съ переселеніемъ въ Бостонъ началась новая полоса въ жизни Эдисона, которому тогда минулъ двадцать одинъ годъ.