-- Ein Talent, doch kein Charakter... (Талант, но без всякого характера.)
Гейне в эпитафии "Атта Троллю" ["Атта Тролль" (1843) -- поэма Г. Гейне.], написанной в "лапидарном" стиле Людвига Баварского, ответил убийственным видоизменением того же стиха:
-- Kein Talent, doch ein Charakter. (Совершенная бездарность, зато с характером.)
Ибо слишком часто за характер и в литературном, и в артистическом, и в общественно-деятельском кругу принимается только отсутствие темперамента, неспособность к увлечению, к пламенному захвату, который может сотворить великое дело, но может, оступившись, и оскорбительно согрешить.
Д.Н. Мамин-Сибиряк был и ein Talent, и ein Charakter. Жил в нем могучий темперамент именно с пламенным горением, жила в нем и сильная воля, которая сдерживала его темперамент железною рукою и вела мысль и труд по дороге чести, на которой он не знал ни заминок, ни блужданий, ни спотыканий... На тот свет он придет с гордым, безукоризненным, победоносно-чистым знаменем. Слава тебе, великий девственник русской литературы! От нас, грешных и плачущих, великая слава тебе!
Над могилою Д.Н. прольется много искренних слез. Я думаю, что с ним -- как с Чеховым: многие только теперь поймут, как он был им близок, как они его любили.
Эта общественная любовь могла бы высказаться в день его юбилея, но... было поздно! "Над головой последний день уж тяготел..." Полумертвыми ушами выслушивал Мамин привет себе, полумертвыми губами пролепетал как литературное завещание свой привет Бунину... [26 октября 1912 г. отмечалось 40-летие писательской деятельности Мамина-Сибиряка. Пришедших с поздравлениями тяжело больной юбиляр принимал в полузабытьи. 2 ноября он скончался.]
Судьба Торквато Тассо. Запоздалый лавровый венок лег на голову, в которой уже стыл мозг и угасала мысль... Юбилей превратился в отпевание и
Заутра факелов узрели мрачный дым
И трауром покрылся Капитолий!