-- Почти семьдесят годовых!
-- Шестьдесят шесть и две трети,-- поправила Эйс-Гаутон.
-- Фелицата Даниловна, это не шутка?
-- Помилуйте, граф: какие же могут быть шутки в денежной сделке?
-- Шестьдесят семь процентов!
-- Шестьдесят шесть и две трети, граф.
-- Это ужасный, невероятный процент!
-- Я не заставляю вас принимать его, ваше сиятельство,-- холодно возразила Эйс-Гаутон.
-- Вы уступите мне, надеюсь?
-- Ни копейки. Я не торгуюсь с клиентами. Я объявляю вам мои последние условия.